В темных липовых кронах щебечут птицы, жужжат пчелы… Я отворил тяжелую железную дверцу ограды и вошел в Царство Мертвых. В центре кладбища возвышался обелиск из грубо отесанных каменных плит. С гербом Советского Союза и четырьмя бронзовыми фигурами, глядящими на четыре стороны света – пехотинец, летчик, танкист, моряк. Русские скуластые лица, автоматы, шлемы, пилотки, бескозырки. На это кладбище нас в первый же день пребывания в Потсдаме сводил немецкий экскурсовод. Заодно он рассказал поучительную историю о том, как в XVIII веке прусский король выменял то ли у Петра III, его то ли у Екатерины II роту двухметровых русских гренадеров. Великаны были нужны Фридриху, потому что с таким ростом они гораздо быстрее малорослых немцев умели заряжать с дула длинноствольные ружья того времени. А взамен русский императорский двор, оказывается, получил от немцев Янтарную комнату. Что было делать крепостным подневольным солдатам? Поселились в Потсдаме, построили бревенчатые рубленые избы, поженились на немках, улучшили прусскую породу, назвали в тоске по родине свое поселение русской деревней, состарились и полегли в чужую землю. Грустная история, которую нынешнее время обволокло покровом мелкой политической лжи. В те дни, когда мы были в Германии, Россия праздновала 300-летие Санкт-Петербурга. Наш президент и его высшие чиновники, выступавшие по телевидению, не раз вспоминали о Янтарной комнате. Но, желая угодить немецким гостям, говорили одно и то же, что немцы, мол, подарили ее России, что потом во время войны она неизвестно куда исчезла, но благородные немцы за свои деньги восстановили ее и подарили во второй раз. И ни слова о том, что роту крепостных мужиков мы отдали за нее в XVIII веке, а в XX за вторичное «дарение» – целое государство отдали – Германскую Демократическую Республику.
Думая обо всех этих подлостях истории, я бродил по кладбищу. Чугунная доска со словами на немецком и русском: «
На каменных плитах, ушедших в плотный травянистый дерн бесхитростные надписи, сочиненные боевыми товарищами погибших солдат:
«
«
Бои в Потсдаме, видимо были столь жестокими, что не всегда у живых находилось время и силы, чтобы похоронить павших достойно, выяснить все имена и фамилии. Потому-то на кладбище чуть ли не каждая третья могила –
Множество солдат похоронено уже после победы – в Потсдаме были громадные военные госпитали, в которых умирали наши тяжело раненные победители: «
Всего их здесь больше тысячи человек… Среди них есть и женщины. Связистки, медсестры.
Липы роняют семена с крылышками на могильную землю, в их зеленом чреве курлычат голуби, часы на колокольне со звоном отмеряют время. Оно идет, оно плывет над Потсдамским дворцом, где хранятся великие хартии, подписанные сталинской дланью. Время бесшумно парит над развалинами берлинской стены и над богатырским изваянием солдата с ребенком на руках в Трептов-парке. Оно, как вечерний воздух, мерцая, струится над русской деревней, где жили в XVIII веке наши солдаты, заложники Янтарной комнаты…
Лежат крепостные мужики-гренадеры в прусской земле, лежат рядом с ними их потомки, «гул забвения и славы», сливаясь с медным боем часов, плывет над могилами… А в это время жрецы толлерантности и политкорректности талдычат о том, что России следует «возвратиться в историю Европы». И это они говорят в Потсдаме, где сыны России в 1945 году определили на несколько поколений ход этой самой пресловутой истории…
