— Он мне не докладывал. Я вчера к Насте домой знакомиться с ним пришел, а он мне в лоб и вывалил: мол, если сможешь защитить, забирай ее сейчас, я ее спасти не смогу, хотел увозить из города. Я планирую съездить к Скоробогатову в гости с проверкой. Прямо завтра с утра пораньше ввалиться без предупреждения.
Мокрушин нахмурился.
— Вместе поедем. Ребят своих возьму, оперативников. А то засиделись уже, всех бумажной работой завалили. Хоть кости размять. Давай завтра у твоего подъезда с утра пораньше? Мы тебя заберем и вместе поедем. А братика Насти твоей пробью, может, мелькал где. И Скоробогатова тоже прощупаю.
Андрей задумчиво потер подбородок.
— На том и порешим. Если что выяснишь, звони вечером.
…По дороге в гимназию Андрей заехал в кондитерскую, купил коробку пирожных. Не забыл и о шампанском.
Охранник на входе его узнал, отдал честь. Андрей кивнул и пошел наверх, в кабинет к Насте. Все переживал, чтобы пирожные не помялись в пластиковой коробке. На сердце было тепло от того, что они скоро поженятся. Осталось только расписание состыковать и пойти подать заявление в загс. Ах, да, еще пережить ужин с мамой!
Дверь в кабинет была приоткрыта. За столом сидели две учительницы, которых Андрей внешне успел запомнить, а вот по имени-отчеству — нет.
Что-то не понравилось ему в их лицах.
— Добрый вечер! А… Настя где?
— Андрей Георгиевич, добрый вечер. Да Настю… для чего-то к директору вызвали… — запинаясь от волнения, заговорила та, что постарше. Ее Андрей хорошо помнил: она едва не сбила его с ног в торговом центре, когда неслась за своим кефиром.
— К директору? — Шувалов поставил коробку с пирожными на стол и непонимающе взглянул на учителей.
— Да, там… полиция… — закивала та, что помоложе, с обручальным кольцом на пальце.
— Нам ничего не объяснили. Забрали ее, и все! Инна Васильевна с ней пошла…
Шувалов помрачнел. По спине прокатился неприятный холодок. Полиция у директора в кабинете? Шустрый, однако, участковый Скоробогатов! Сразу к директору пошел.
— А в кабинет директора как пройти?
— По лестнице наверх и направо, там приемная, не промахнетесь.
— Спасибо.
Поставив на стол коробку с пирожными, Андрей ломанулся наверх.
Наверх мы поднялись быстро. У меня сердце было не на месте. Тревога за Артема зашкаливала, и от этого перед глазами все плыло. Неужели с ним что-то случилось? Иначе зачем полиции приходить в гимназию?
В кабинете директора сидел участковый инспектор и еще двое сотрудников полиции, совсем молодые, на вид не больше восемнадцати, но уже в форме.
Я напряженно замерла в дверях. Скоробогатова узнала сразу же.
Он, как только меня увидел, оживился. Глаза вспыхнули нехорошим блеском.
— Здравствуйте. Что-то случилось? — Я перевела взгляд на директрису.
— Да, Анастасия Григорьевна. Присядьте.
Я схватилась рукой за сердце.
— Что-то с братом? — Мой взгляд метался по суровым лицам присутствующих. Обычно полиция приходила, если родственника находили убитым и требовалось опознание, и я ждала самого худшего.
Скоробогатов взглянул на директрису.
— Вы не оставите нас ненадолго?
Та развела руками:
— Конечно, конечно!
Она зыркнула на меня убийственным взглядом и, стуча каблуками своих новеньких туфель, направилась к двери.
Скоробогатов указал своим людям взглядом на дверь.
— Никого не впускать, — приказал им, и те тоже вышли.
Я рухнула на место для посетителей за длинным столом и чувствовала, как от ужаса все плывет перед глазами. Если бы что-то случилось с братом, сразу бы сказали, еще и соболезновать бы начали. А тут — тишина. Только укор во взгляде директрисы.
И тут я наконец осознала, что попалась в ловушку. Я недооценила Владислава, ох, недооценила! Он не стал поджидать меня за углом, он сделал ход конем, сразу к директору пришел. Только что он мне предъявит? Что хочет забрать за долги Артема?! Глупость какая!
Владислав шумно обошел стол. Показывая свое недовольство, громко отодвинул деревянный стул и подсел ко мне.
— Долго еще бегать от меня собираешься? — тихо произнес он, сжав мой локоть с такой силой, что я вздрогнула от боли.
В нос ударил запах чеснока и чего-то еще, неприятного и пряного.
Страх внезапно отступил, и ему на смену пришла злость. Сердце колотилось быстро-быстро, в легких, казалось, закончился воздух.
— А ты мне кто?! — выдохнула ему в лицо и вырвала руку.
Он побагровел.
— Брыкаемся, значит, Анастасия Григорьевна?!
— Не прикасайся ко мне!
Я вскочила со своего места и метнулась было к двери, но Владислав в один миг дернул меня обратно к себе. Провел носом по моей шее, втянул в себя мой запах, довольно ухмыльнулся.
— М-м-м, какие духи у тебя хорошие… Твой брат мне денег должен. А у тебя, он говорил, мужчин до меня не было? Я по-хорошему хотел, но ты хорошего отношения не понимаешь. Значит, будет по-плохому. Поживешь у меня пару месяцев в качестве жены, пока брата твоего не найдем, отработаешь за него долг, а там посмотрим. Если меня все устроит, распишемся.
Меня затрясло от отвращения.
— Я тебе ничего не должна! — выкрикнула, задыхаясь. Впилась пятерней ему в противное лицо и с силой его оттолкнула.
