Мне почему-то на ум первым делом пришла девчонка с каре – Маша. Возможно, Сеня ошибается и его подруга детства к нему все-таки неравнодушна. Парни часто слепы к нашим симпатиям. Предположим, Маша увидела нас с палубы, в ней взыграла ревность. Она пробралась позже в каюту и порезала платье, решив, что оно мое… А предыдущие пропажи – случайность и рассеянность Дарины. Но как Маша узнала номер нашей каюты и попала сюда? Ничего не складывалось.
– Да мало ли… – наконец неопределенно отозвалась я, потому что пока не спешила посвящать подругу в свои любовные приключения.
– Ну что ты тут строишь из себя Агату Кристи? – рассердилась вдруг Дарина. – Нет никаких других кандидатур. Точка! Хватит выгораживать Олесю! Она единственная ненормальная на этом теплоходе. И я ее прижму к стенке. Мало не покажется!
Глаза Дарины даже потемнели от гнева. И хотя вещи, которые предположительно делала Олеся, были ненормальными, мне почему-то стало жалко одногруппницу. Если она снова хотела таким образом привлечь внимание Дарины, то выбрала явно не самые адекватные для этого методы.
– Давай я с ней поговорю? – предложила я. – Ты сгоряча можешь дров наломать.
Дарина, немного поколебавшись, сказала:
– Хорошо, давай. А то я ненароком выброшу ее за борт.
Подруга поднялась с кровати и взяла платье. Вернее, то, что от него осталось.
– Можешь кинуть в нее в качестве доказательства.
– Все это можно сделать позже. А пока я так попробую поговорить… мирно.
И я решительно направилась к двери. Ситуация меня уже пугала, и если это действительно дело рук Олеси, то пора предупредить ее, что такие шутки могут иметь последствия.
В коридоре почему-то не горел свет. Однако я успела разглядеть, как Олеся как раз покидает свою каюту. Я замерла на месте, чтобы дать ей немного уйти вперед. В мою сторону одногруппница не смотрела, зато воровато оглянулась на дверь каюты Мих Миха и прошла мимо нее на цыпочках. Это меня заинтриговало. Когда Олеся вышла из коридора к лестнице, я тенью метнулась за ней.
Снаружи продолжал накрапывать нудный дождь. Олеся прошла мимо ресторана и теперь направилась к лифтам. Я – за ней. Было страшно потерять ее из виду. Эти лифты предназначались только для отдыхающих. Когда один пришел переполненным, Олеся не стала в него входить. Меня, притаившуюся за углом, не замечала – явно была погружена в свои мысли. Когда пришел пустой лифт, мне удалось рассмотреть, куда Олеся направляется. На мою удачу, следом пришел еще один. Олеся направлялась на среднюю палубу, туда, где располагались каюты класса люкс. Из персонала здесь могли находиться только стюарды, поэтому я сбавила шаг. Не хотелось быть замеченной. Олеся в это время уже остановилась у одной из кают и негромко постучала. Дверь тут же распахнулась, и я увидела мужчину – того самого постоянного клиента, которого всегда обслуживала одногруппница. Моя рука сама потянулась за телефоном. Я решила в качестве доказательств задокументировать для Дарины, что Олеся в рабочее время проникала не в нашу каюту. В этот момент парочка начала страстно целоваться прямо на пороге. Мне стало неловко. Выключив видеосъемку, я попятилась назад. А выйдя из лифта, понеслась на всех парах в нашу каюту.
Дарина в это время ходила из стороны в сторону, как разъяренный тигр в клетке, сжимая в руках любимое испорченное платье.
– Уже? – удивилась она, когда увидела меня. – Ты с ней поговорила? Она извинилась? Готова возместить причиненный ущерб? В том числе и моральный?!
– Тихо-тихо! – Я все еще не могла отдышаться после бега. – Олеся здесь ни при чем. Она действительно кое-что от нас скрывает, но не то, в чем мы ее подозревали.
Я в смущении протянула Дарине телефон с видеосъемкой. Из-за слабого освещения в коридоре и моего старого телефона ролик был не самого хорошего качества. К тому же я очень торопилась, и картинка получилась немного смазанной. И все же в видео можно было разглядеть и Олесю в ее рабочей форме, и мужчину.
Дарина долго вглядывалась в видео.
– Ты что, на валенок снимала? – наконец спросила она.
– Давай только без этого, – поморщилась я, – не всем суждено быть такими великими фотографами, как ты. Как уж получилось!
– Вась, ты что, обиделась? – Дарина снова врубила видео. – Я ж просто переживаю, чтобы этот ролик подошел для дела.
– Для какого еще дела? – насторожилась я.
– Ты что, не понимаешь, что у нас теперь есть доказательства? – Лицо подруги теперь выглядело довольным. – Нельзя встречаться с постояльцами! Это прописано в уставе! Мы пригрозим Олесе, она извинится и заплатит. Нет, это ж надо быть такой идиоткой, чтобы замутить с туристом? Да ее выпрут и больше на теплоход не пустят!
Мне стало не по себе. Я ведь до сих пор не рассказала подруге о нашей прогулке с Арсением.
– Все тайное становится явным, – со злорадством продолжила Дарина. – И сколько лет этому мужику? Под сорок? Олеська совсем с ума сошла…