Билли, словно подслушав наш разговор, улегся у мамы в ногах и жалобно загудел. Но мама была непреклонна. А Лена под шумок решила нагрузить меня заданиями: съездить вечером в центр за многоразовыми кондитерскими мешками, насадками и новыми электронными весами.
– А чего так много? – возмутилась я.
– Ну да, для тебя это невыполнимая задача, – покачала головой сестра.
– Тогда я ее не выполню, – тут же нашлась я. – Почему бы это не сделать Валерке? Он на машине.
– У Валеры наконец-то свидание, – перешла на шепот Лена. Брата в этот раз за столом не было: он на заднем дворе мыл машину. – Пойдет утешать Катю Ведерникову…
– Утешать? – всполошилась мама. – А что с ней случилось?
– Ее не приняли на какой-то писательский курс, – сообщила Лена, уплетая завтрак. – Она теперь убивается.
– Бедная девочка! – покачала головой мама.
– Нашла из-за чего страдать, – пожала плечами сестра. – Все горе от ума!
– Хорошо, что ты в безопасности, – не сдержалась я.
Ленка собиралась запустить в меня кухонное полотенце, но я вовремя выскочила из-за стола.
– Вот теперь я вас узнаю! – тяжело вздохнула мама.
– Мамочка, я на речку, с девочками договаривалась! – сообщила я из коридора. – Ленка, а вечером, так и быть, съезжу в центр и куплю тебе мусорные мешки!
– Кондитерские! – гаркнула напоследок Лена.
Дарина и Олеся уже ждали меня на улице.
– Вы как это спелись? – поинтересовалась я, выйдя за калитку.
Дарина была весела, свежа и полна энтузиазма. Вот что с людьми делает взаимная любовь! Олеся же по-прежнему выглядела поникшей, но все-таки натянуто мне улыбнулась. А вот что – невзаимная…
– Мы нашли новый пляж, – сообщила Дарина. – И нам нужно обсудить сегодня мой день рождения. С местом проведения вышли небольшие накладки.
Щурясь на солнце, мы лежали на песке и смотрели на дальний берег.
– Договаривались, что родители освободят мне хату, но к нам приезжает дядя Толя со своей семьей, и это никак уже не изменить. А у него дети просто невозможные. В прошлый приезд чуть нам дом не разнесли. Мой день рождения был бы и то безопаснее… Мама говорит: «Ну посидишь с ребятами в кафе». А нам что, по двенадцать лет? – возмущалась Дарина.
Я слушала ворчание подруги вполуха. Олеся тоже явно витала в облаках. Брала в руки песок и пропускала его сквозь пальцы. Я заметила, как от перевернутой неподалеку от нас старой лодки проскакали ярко-зеленые лягушки, и поежилась. Лягушек я боялась, как и змей. Дарина вместо привычного пляжа выбрала заброшенный берег. Народу здесь не было, зато живность вокруг не внушала мне доверия.
Пока Дарина разорялась, не особо обращая на нас внимание, – кажется, ей было важно просто выговориться – в моей пляжной сумке завибрировал телефон.
– А я гостей собралась позвать… А Ян? Это наше первое совместное торжество!..
Я осторожно вытащила из сумки телефон и улыбнулась, увидев сообщение от Сени. Он спросил, как дела, и я быстро напечатала ответ:
Я не успела спрятать телефон обратно в сумку, как сразу прилетел ответ:
Я даже пару раз перечитала его ответ. Мирон говорил, что у их семьи есть лодка и Сеня выходит на воду. В нашем поселке у многих были катера, но я сомневалась, что лодка Дарининого отца-рыбака была такой же, как у семейства Леука.
Я покосилась на расстроенную Дарину.
– Как будто двадцать лет человеку исполняется несколько раз в жизни, – продолжила она, и Олеся невпопад согласно замычала.
– Вася, оторвись от телефона! – строго сказала Дарина, будто была учительницей, а я – ученицей, зависшей в гаджете на ее предмете. – Неужели сейчас есть что-то важнее, чем мое грядущее двадцатилетие?
– Я бы тебе назвала миллион вещей, но, боюсь, ты обидишься.
– Мне не до шуток! – вздохнула подруга.
– А я и не шучу… Арсений предлагает отметить твой день рождения на их яхте. Но, думаю, это крайний вариант, да? – произнесла я, убирая сумку в телефон.
А когда повернулась к девчонкам, они смотрели на меня так, будто я сообщила, что в нашем поселке приземлились инопланетяне.
– Ты серьезно? – наконец произнесла Дарина после затянувшегося молчания.
– Ну да.