Кате было тошно и противно находиться рядом с мужем. Она видела, как Лёша пытался игнорировать её всем своим видом, а его молчание вкупе с демонстративным поведением разрывало её изнутри. Она надеялась, что её попытка начать разговор как-то поспособствует их примирению, и даже переступила через свою гордость, начав разговор первой. Но Алексей продолжил игру в отчуждение, огородившись от неё невидимой стеной.
Обида и разочарование в муже росли с каждой минутой. Девушка попыталась вспомнить, когда последний раз чувствовала себя по-настоящему счастливой, но мозг генерировал в памяти только обрывки ссор и обидные слова, сказанные в её адрес.
Катя подошла к своему шкафу и решила надеть чистую одежду. Её руки дрожали от злости и обиды, она хотела плакать, но держалась из последних сил. «Потерпи. Потерпи ещё пять минут и можешь потом плакать. Ты не должна быть тряпкой перед ним», – уговаривала девушка саму себя. Она надела чистую майку и шорты. Посмотрела на себя в зеркало. В отражении было нечто тусклое и серое, от прежней Кати не осталось и следа. Девушка выглядела серо, болезненно и старше. Кожа была бледной и сухой, волосы были распущены и без укладки. Весь её вид в зеркале передавал усталость. Девушка больше не могла выносить молчание и гнетущую обстановку дома. Катя решила поехать к Марье-Искуснице, как она называла свою подругу, и найти поддержку там.
Катя переоделась и направилась к выходу. Она задержалась на лишние пару минут у входа, делая вид, что что-то ищет в шкафу, в надежде, что Алексей обратит на неё внимание и хоть что-то скажет, но увы. Его безучастный взгляд и безответная реакция на такую безобидную провокацию только усилила её обиду. Девушке казалось, будто мужу абсолютно наплевать на испытываемые ею чувства, и он только и думает, как усилить её боль и страдания. Лёша не делал никаких попыток наладить контакт и попытаться восстановить рассыпающийся брак.
Подходя к двери, она предоставила ему последний шанс и остановилась на мгновение, надеясь, что Алексей хоть что-то скажет в её сторону или поинтересуется, куда она собралась, но чуда не произошло. Лёша все также сидел в телефоне, без остановки пролистывая посты. Катя вышла из квартиры, захлопнув за собой дверь.
Её сердце сжималось от обиды и боли. Слезы хлынули из её глаз, как только она переступила порог квартиры. Теперь ей не нужно сдерживаться, её никто не увидит и не осудит. Как только она перешагнула порог подъезда, её горе выплеснулось наружу огромными слезами, которые беспрерывно текли по щекам. Ноги сами несли девушку прочь, подальше от дома. Она шла по небольшому скверу. Обычно там гуляют только собачники, в остальное время людей в сквере мало. Катя целенаправленно пошла туда, чтобы не встретить лишних любопытных глаз. Девушка остановилась около поваленного дерева, которое часто использовали в качестве лавочки, и присела на него. Солёно-горькие слезы текли по её щекам, обжигая кожу. Катерина чувствовала, как все внутри сжимается от невыносимой боли. Нос опух, ей было трудно дышать, и она жадно хватала воздух ртом, пытаясь вдохнуть сквозь рыдания.
Она была одна в своём горе, окружённая безразличием близких людей. Каждый вдох давался с трудом, сердце разрывалось от обиды и разочарования. Катя невольно вспоминала свою жизнь. Даже в юности, при живых родителях, она чувствовала себя одиноко. Мама и папа выражали свою заботу в закрытии базовых потребностей дочки, считая душевную близость ненужной ерундой. Им более важно было одеть и обуть Катю, выучить, дать достойный старт в будущее. Никто никогда не интересовался, что у неё на душе, не интересовался интересами и взглядом на мир. У родителей Кати был более советский и практичный подход к взаимодействию с дочкой. И это тоже вполне можно назвать любовью. Такой обычной, приземлённой, практичной, но самой крепкой любовью. Родителей уже давно нет в живых и сейчас Катя может найти поддержку только у своей подруги Марьи, с которой они дружат ещё со школы.
Девушка сидела на бревне в сквере и слушала щебетание птиц, начав понемногу успокаиваться. Она думала о том, почему так резко всё изменилось. В памяти всплывали моменты, когда она была счастлива с Лёшей, как они строили совместные планы, как наслаждались друг другом. Теперь же все это казалось нереальным. Ей было обидно, что она не получила должную поддержку, заботу и внимание. В перерывах между молчанием Алексей окидывал девушку только холодным взглядом и спрашивал необходимые вещи, все общение было по делу и максимально холодное и отстранённое. Катя не понимала, почему так всё сложилось, и это неопределённость разъедала её изнутри. Как только она успокаивалась, новая волна слёз продолжала литься из глаз. Катя обнимала себя руками в попытках успокоиться и перестать дрожать от обиды и злости. Девушка вытерла слезы, глубоко вздохнула. Слегка отряхнувшись, она направилась по тропинке в сторону дома подруги.
***
