Рассказ начала с того момента, как спустилась к обрыву. Пересказала разговор, насколько позволяла память, описала ощущения от полета. В красках расписала территорию вокруг дворца Тьера и сам дом. Сестры от комментариев не воздерживались.
— Даже у дракона сад есть, — протянула Реми, — а у нас три облезших куста на всю территорию.
— Я тоже сразу подметила эту несправедливость, — я съела конфету. — Так вот, слушайте дальше…
Я упомянула гарем дракона, комнату для пленницы, то есть меня, мой побег через балкон и наиглупейшее спасение в его же комнате.
— Ты заперлась в его спальне? — смеялась Эйа.
— Я не запиралась, — буркнула я. — У него магический механизм на ручке — поддается только ему.
— И ты об этом конечно не знала? — продолжала веселиться Эйа.
— Откуда мне было знать? Я впервые попала в его дом. Дальше слушайте…
А дальше было возвращение беглянки в комнату, моя разведка дома, закончившаяся разбитым фениксом, закономерный гнев дракона, повисший долг и форма прислуги на утро.
— Он сделал тебя прислугой? — недоумевала Реми. — И совесть ему позволила?
— Совесть у дракона? — фыркнула я. — Забудь это слово, оно во всей истории ни разу не фигурирует.
Следом было мое знакомство с дядей Дюльером. Его кулинарные шедевры я девочкам во всей красе описала.
— Давайте его переманим, — предложила Реми. — Наши повара готовят ужасно.
— Я хотела, — призналась я. — Но он отказался. А потом об этом узнал дракон и был ужасно недоволен.
Мистера Хоунто я стороной не обошла. Даже наглядно продемонстрировала его манеру говорить и вечно полузакрытые глаза. Об отсутствии фантазии Ифриды тоже не умолчала. По хронологии событий шла отвратительная испорченная картина, появления Пенгальского…
— Они знакомы? — удивилась Эйа.
— Как выяснилось очень давно. Мы прятались от него в кладовой.
— И что вы там делали? — полюбопытствовала Реми с коварной улыбкой.
— Орешки ели.
— Это не так интересно, — протянула она, — но тоже неплохо.
Подбитый дракон, специальный отвар, утро и знакомство с Блэкортом. То самое, когда он пытался меня купить.
— Сколько он предлагал? — ради интереса спросила Эйа.
— Больше ста тысяч золотых ставка подняться не успела, — я взялась за шоколадный кекс.
Чувствую, после этой ночи ко мне придут с распахнутыми объятиями пара лишних килограммов.
— Тьер молодец, выгнал его. Мужской поступок, — высказалась Реми.
— Он больше свою драконью репутацию поддерживал.
— Брось, Лис. Ты же знаешь, что это не так, — Эйа оперлась спиной о кресло. — Им же деньги важны. Он спокойно мог продать тебя, но не сделал этого.
Не хочу думать, какой он благородный и вообще…
— Дальше слушайте.
Остальные события рассказывала без перерывов, не давая сестрам высказываться. Я заметила на их лицах благосклонность и некую симпатию к красноволосому, а значит и комментарии будут непременно в его адрес и несомненно хорошие.
Ничего не имею против Тьера, но все же. Я жду поддержки от сестер, ибо он все-таки вел игру не по правилам. Да, он дракон. Да, они всегда ведут свою игру, но это его ничуть не оправдывает.
К тому же эта история закончена и останется приятным, а местами не очень, воспоминанием.
— Признайся, ты влюбилась в него, — Эйа потирала набитый сладостями живот.
От возмущения у меня из рук выпал последний шоколадный кекс.
— Кто влюбился? Я?
— Ты, — поддакнула Реми.
— Нет!
— Да, ты отрицаешь, значит влюбилась.
— Нет, я отрицаю, потому что я не влюбилась. И вообще, Реми, где логика?
— Логика простая и ясная, — начала за нее отвечать Эйа, — ты проводила с ним кучу времени, теперь ты тоскуешь по его обществу, это по твоему голосу слышно. И ты ни разу не назвала его «красноволосым», «чешуйчатым», «ползучим гадом», всеми прозвищами, кои дала бы, не будь влюблена.
Я поднялась на ноги.
— Не правда. Логическая связь в твоем объяснении отсутствует.
— Как и в твоем сердце, — закивала Реми.
— Вы сговорились? — я прищурилась. — Я не влюбилась в него и точка. Я отправляюсь спать, а вы можете сколько угодно приводить безосновательные доводы.
Я уверенно двинулась к выходу.
— Влюбилась-влюбилась, — наперебой загалдели эти… сестры!
Как маленькие девочки.
— Спокойной ночи! — крикнула я напоследок и скрылась с их глаз.
И в коридоре слышно их кривляющееся «влюбилась». Детский сад.
На завтра меня разбудила Реми. К моему пробуждению она подошла креативно. Выложила печеньками на второй подушке сердечко, в дверях закричала: «Влюбилась!» и сбежала.
Не дадут ведь покоя теперь. И не докажешь им, что вовсе я не влюбилась. Им показалось, а мне терпи разыгравшееся у сестер детство.
— Не нужен мне этот дракон, — пробормотала я, жуя печеньку. — Он жадный и бесчестный.
Летящей пританцовывающей походкой я зашла в обеденный зал. Все сидели за столом на своих местах.
— Доброе утро, — поздоровалась я и заняла свой стул. — Иствуд еще не наохотился?
Реми засмеялась, папа закашлял, а Эйа нахмурилась.
— Нет еще. Не удивлюсь, если его какой-нибудь заяц покусал.
Мы уткнулись в тарелки, тихо хихикая.
