Сияющая улыбка отказалась сходить с моего лица. Я так и пришла в обеденный зал — довольная до безумия.
— Вы посмотрите на нее, — протянула Эйа, — начищенная ваза меньше блестит.
Я улыбнулась еще шире, показав сестре ровные зубы.
— А ну-ка, рассказывай, — Реми подползла ближе ко мне, — Тьер прилетал?
Отец оторвался от газеты, подняв на меня заинтересованный взгляд.
— Нет, он заставил мой балкон цветами, — я не хотела хвастаться, просто… само получилось.
— И-и-и? — Эйа выжидающе на меня смотрела.
— И все. Пригласил на завтрак, но я не пошла.
Пожала я плечами и взялась за вилку. Даже твороженная запеканка с утра не испортит мне настроение.
— Погоди-погоди, ты — что сделала? — Реми недоумевала. — Отказалась?
— Он завалил твой балкон цветами, подарил огромный букет, извинился, — начала перечислять Эйа.
— Лис, ты перегибаешь, — наседала Реми.
— Ты не даешь ему ни единого шанса! — возмущалась Эйа.
— Это неправильно, — вставила Реми.
— Так, стоп! — я выставила руку вперед. — Хватит галдеть. Я сама решу, что мне делать.
Папа зашуршал газетой, сворачивая ее пополам.
— Дочь, сестры правы, — произнес он. — Ну, дай ему шанс. Тьер старается, пытается тебе угодить, а ты и поговорить с ним не можешь.
Просто невыносимо оставаться при своем мнении в условиях бесконечного давления со всех сторон.
— Ладно! — подняла я вверх руки. — Ладно. Я обещаю поговорить с ним, когда он появится в следующий раз. Довольны?
Сестры кивнули, но по их лицам я поняла, что это не совсем так.
Настроение все же пропало. Мало приятного, когда на тебя давят, да еще и самые близкие люди. Нет, я не против поговорить с Тьером, но почему нельзя оставить решения касаемо моей личной жизни только на мое усмотрение?
С этим недоумением я отправилась помогать Реми разбирать книги в библиотеке по жанрам. Она пожаловалась, что не может найти и половины книг по физике, и что в нашей библиотеке перфекционист повесится.
За разговорами и за работой время пролетело незаметно. Мы даже не прерывались на обед, не ощущая чувства голода. Только когда к нам пришел дворецкий и сказал, что меня ожидает гость в гостиной, пришлось закончить работу.
Кажется, я догадываюсь, какого гостя принесло в мой дом. Досадно, что я обещала и сестрам, и отцу, не прогонять Тьера и поговорить с ним, хотя о чем нам с ним разговаривать?
Красноволосый сидел на диване в расслабленной позе. Рядом лежал черный бархатный футляр, не предвещающий ничего хорошего. Цветы — одно дело, совершенно другое принимать дорогие подарки. Они обычно подразумевают дальнейшее развитие отношений, коих я иметь с драконом не хочу.
Ну, хорошо. Хочу. Но ни за что в этом не признаюсь.
— Прекрасно выглядишь, — произнес Тьер, оглядывая меня с головы до ног.
Конечно. В пыли и торчащими в разные стороны волосами я выгляжу великолепно.
— С чем, и зачем, на этот раз? — поинтересовалась я, складывая руки на груди.
— Ты проигнорировала мое приглашение, — припомнил красноволосый утреннюю записку.
— Имею привычку завтракать дома, — я села в кресло напротив.
— А ужинать? Дюльер выразил надежду, что ты не откажешь ему.
— Это запрещенный прием, — я прищурилась. — Ты знаешь, как я люблю дядю Дюльера.
— Знаю, — кивнул Тьер. — Поэтому на ужин приглашает тебя он, правда через меня.
Дядя Дюльер вполне мог на это пойти. И все же. Лететь с драконом в его дом опрометчиво и опасно. Я могу не вернуться. Не по своей вине.
— Я верну тебя обратно, если захочешь, — словно прочитал мои мысли красноволосый. — Обещаю.
— Захочу, не сомневайся, — заверила я его, а меня изнутри кольнуло то самое сомнение.
Конечно, я вернусь. Не останусь же я в доме дракона добровольно.
— Это тебе, — Тьер протянул мне футляр. — Я не знал, что ты любишь, поэтому выбрал на свой вкус.
Я с сомнением покосилась на дракона, чисто из любопытства приняв коробочку. Внутри находилось колье из тонких нитей золота, переплетающихся между собой причудливыми волнами.
Красиво. И наверняка безумно дорого.
— Купить мое прощение и расположение не удастся, — я захлопнула крышку и протянула подарок обратно. — Я не могу его принять.
Красноволосый не пошевелился.
— Это подарок. Я подарки назад не принимаю.
Значит, гордые и упрямые… Причем оба.
Я положила футляр на стол. Он не желает его забирать, я не желаю его принимать.
— Мне надо переодеться, — я уже стояла у выхода в коридор.
Тьер лишь кивнул и не проронил ни слова. Не слишком он разговорчив в последнее время, а раньше на слова не скупился.
Ох, и пожалею я об этом полете. Наверняка пожалею. Ни за что не поверю, что у Тьера нет коварного плана, чтобы оставить меня на его территории. Это не по-драконьи. С другой стороны, теперь отец знает всю правду и вызволит меня из плена красноволосого.
— Я готова, — я вернулась в гостиную.
Тьер сидел на том же месте, футляр лежал на том же столе. Надо будет предупредить сестер и всех остальных, чтобы не вздумали брать это колье.
Разумеется, мне приятно. Он озаботился подарком, потратился, надеялся, что мне понравится… И мне понравилось. Но я все равно не приму такой подарок.
Я вышла из дворца следом за Тьером и сразу узрела огромного красного дракона.
