Фелиция, за его плечом, пыталась испепелить меня взглядом, вот только огня ей не хватало… старая курица.
— Благодарю, Майкл, — я мило улыбнулась, подавая ему руку, он склонился, коснулся губами. — Прогулка на свежем воздухе — именно то, что мне нужно сейчас, чтобы успокоить нервы.
— У вас очень крепкие нервы, Ваша Светлость, — фыркнула Фелиция.
— Безусловно, — согласилась я.
— Ваш муж умер, а вы находите в себе силы… развлекаться. Вы сильная женщина. — Фелиция смотрела на меня с улыбкой голодной гиены.
Я тоже умею так улыбаться, и даже лучше. Особенно, если улыбаться в сторону встречающих меня мужчин. Мужчины обычно — за меня.
— Вы, наверно, не все понимаете правильно, — сказала я так сладко, как только могла, наблюдая, как у Фелиции начинает дергаться глаз. — Мой муж не умер, его казнили за измену. Я, безусловно, могу скорбеть о том, какой скотиной он был, но вовсе не о его смерти. Джон считает траур по нему неуместным, и тут я с ним совершенно согласна.
На «Джон считает» надавила особо. Майкл Коулз мелкий барон, несмотря на всю роскошь его имения, никаких особых достоинств. Когда они с Фелицией бывают при дворе, но все, что им доступно — кланяться издалека Его Величеству, выражая почтение, а в самых торжественных случаях кланяться, стоя вблизи. Для меня Джон всегда был другом моего мужа. Даже если покойного сейчас, все равно. Я помню Джона мальчишкой и принцем, я, в конце концов, ела с ним черешню из одной мисочки, сидя на крыльце охотничьего домика, кидаясь косточками кто дальше… дальше всех выходило у Нэта… страшно давно.
У Фелиции дергается верхняя губа.
Я улыбаюсь. Как раз и Гордан подходит, он давно смотрит на меня.
А Гордан сегодня приоделся особо, словно не на охоту, а на парад.
— Рад, что ты приехала, дорогая!
И руку мне подставил, словно я приехала лично к нему.
Ладно, я его под руку взяла. Ты будешь так открыто ухаживать за мной, Гордан? Ты точно моего мужа не ждешь?
Это было странно… настолько, что я почти готова засомневаться.
Настолько странно, что где-то внутри начинает ворочаться тревога. И очень хочется эту тревогу хоть чем-нибудь заглушить. Что за…
Ну, в самом деле, что за дело мне до Этарда? Пару раз за год я видела мельком, и видеть чаще не было никакого желания. Так что же теперь? Только из-за того, что случившееся с ним несправедливо? А если Майрет сказала Кит правду, и у них с Нэтом действительно было… ну, кто знает? Тогда справедливо, и более чем. Я отлично знаю его привычки.
Но тоска и тревога внутри ворочаются все равно.
И хочется сделать хоть что-то… Не знаю… Предложить Гордану объявить о помолвке прямо сейчас? Моей репутации уже ничего не страшно, а Гордан вряд ли станет это делать, зная, что Нэт жив. Одно дело лично мне рассказывать, другое дело — для всех. Потом придется отказываться от своих слов, а отказываться Гордан не любит. Признавать поражение.
Но это как-то слишком. Вдруг он согласится? А я не хочу. Чем дальше, тем больше я понимаю, что не хочу иметь с Горданом ничего общего, я ему не верю. Я не знаю, кому могу верить вообще.
Оглядываюсь.
И взгляд привычно цепляет одного, неизвестного мне мужчину. Отчасти похож на Майкла, те же глаза, те же скулы… Харольд? Хенрих? Как его зовут, я точно не помню. Как-то на «Х». Знаю только, что его помотало по свету, дома он почти не бывал. Симпатичный. Немного моложе меня, пожалуй, но точно не мальчик, высокий, крепкий, военная выправка чувствуется… Стоит чуть-чуть в стороне. И он ведь не втянут в эти игры?
Что ж, я улыбнулась ему.
— Гордан, а я, кажется, не всех здесь знаю. Ты не представишь?
Как можно более небрежно, но Гордан аж вытянулся, что-то недовольно буркнул, даже попытался меня утащить.
А этот Хальдор уже решительно шел к нам, видя мою многообещающую улыбку.
— Ваша Светлость, разрешите представить вам моего троюродного брата, — влез Майкл. — Это Хальдор Коулз, он совсем недавно из Рикаты.
Хальдор, значит.
Он смотрел на меня, чуть склонив голову, приветствуя. Загорелый, волосы выгоревшие, много времени проводит под солнцем.
— Для меня честь, Ваша Светлость.
Глаза синие, очень внимательные, разглядывают меня с легкой усмешкой, и эта же усмешка притаилась где-то в уголках губ… понимающая такая. Но это не пренебрежение, это именно понимание и взаимный интерес.
Я невольно глянула на его руки — кольца нет. Он либо не женат, либо вдовец…
Когда он ловит мой взгляд, его усмешка становится чуть более явной.
Не богат, своей земли, скорее всего, нет, но есть неплохое жалование на королевской службе. Хорош…
Все это привычно ловит глаз, я всегда оцениваю новых мужчин, попадающих в поле зрения. И вдруг ловлю себя на том, что невольно начинаю сравнивать его с Нэтом. Он чем-то неуловимо похож… Какого черта?
— Рада знакомству, милорд, — я кивнула ему. — Я слышала, у вас насыщенная жизнь? Вы приехали по делам.
— Именно так, Ваша Светлость. Я живу как перекати-поле, то здесь, то там. Зато всегда есть множество историй, которые можно рассказывать вечерами в приятной компании.
