Мирослава на секунду замерла, даже отбиваться и сквернословить перестала, словно только что, наконец, осознала степень своей наготы, и спешно принялась одной рукой одергивать задравшуюся на бедрах рубашку.
Хм, интересно, зачем смущаться, к тому же запоздало, перед тем, кто уже всё видел?
Женские глупости.
Я это привлекательное во всех смыслах зрелище теперь до конца жизни не забуду. Уж будь уверена, моя дорогая.
И еще не раз увижу, - усмехнулся я плотоядно, одновременно прикидывая, куда бы приземлить драгоценную ношу.
К тому же, ткань у рубашки беспощадно просвечивала. Но я твердо решил, что от меня она об этом точно не узнает.
Задумчиво обвел гостиную взглядом. Примерился и так и эдак к дивану. Покачал головой.
Пожалуй, стоит подняться обратно на второй этаж. Подальше от парадной двери.
Успею поймать беглянку, если что.
- Воронцов! - выдернуло меня из собственных мыслей раздраженное шипение Славика, нет, даже скорее предостерегающее, - Отпусти меня, негодяй! Сейчас же!
Она висела вниз головой: ее черные волосы смешно трепыхались в такт каждому моему шагу по лестнице, и она была сейчас похожа на забавную летучую мышь. Знаете, маленькую такую, беззащитную, но которая отчаянно строит из себя грозного завоевателя мира и чуть что не так, тут же сверкает адским пламенем праведной расплаты на дне миленьких карих глазок.
В руке Мирослава продолжала держать телефон, который надрывался беспрерывно уже несколько минут.
- Воронцова, - передразнил я ее, отчего личико девушки сморщилось, как от самого кислого лимона. Хм. Неприятно кольнуло самолюбие, - Отпущу, только если пообещаешь спокойно поговорить о нас.
- Нет никаких нас, - оборвала она резким тоном.
- Ой, брось.
Толкнул свободной рукой дверь в спальню.
Оглядел подвязки на полу, разбросанную одежду, перевернутую постель... и тяжело вздохнул. М-да, не люксовый номер для новобрачных.
Славика мягко приземлил на кровать. Она резво нырнула под одеяло, сверкнув на прощание подтянутыми бёдрами. Пощадите...
Приказал себе держаться. Чтобы получить глоток свежего воздуха и пустить в комнату солнечный свет, распахнул настежь окна.
Хм, сколько же сейчас времени? Не удивлюсь, если мы проспали часов до четырех или пяти дня.
Пока Мирослава завела снова свою унылую пластинку в стиле "Эта ночь была ошибкой... бур-бур-бур" и всё в таком духе, я слушал ее в пол уха, мысленно прикидывая как бы сделать сегодняшний день запоминающимся для нас обоих.
Свадьбу же празднуют по обычаю три дня, правильно?
И раз уж сама свадьба даже для меня прошла как в тумане, а воспоминания о нашей бурной ночи были окутаны тяжелыми алкогольными парами, хотя ключевые моменты были незабываемы, то что бы такого предпринять? Именно для Мирославы. Она, как я уже понял, вообще ничего не помнила.
Глянул на разошедшегося в пух и прах оратора.
Слава восседала в коконе, сооруженном из одеяла и простыней, как птенец в гнезде, и преувеличенно-вдохновенно вещала о плюсах нашего развода, размахивая налево и направо руками.
Я залюбовался ее лихорадочным блеском в глазах, разгоревшихся желанием свободы; румянцем на щечках от запойного перечисления того, что нам предстояло сделать за сегодня по ее мнению ; чуть вздернутым носиком с россыпью мелких веснушек... захотелось сейчас же прижать девушку к себе и пылко поцеловать.
Мне хотелось, чтобы ее губы произносили совсем другие слова, нежели сейчас. Мне хотелось ей принадлежать. Хотелось, чтобы она сказал мне: Ты - Мой! Но... потерплю.
Надо что-то делать сегодня. Надо обязательно договориться с ней на этот чертов месяц. Права на ошибку нет. Но хотя бы она теперь моя...
Я закрыл глаза и отбросил все посторонние звуки, чтобы насладиться одним - звуком ее голоса. По телу пробежала дрожь, исчезла.
Тут-то до меня дошел смысл ее последних слов.
- Ты слушаешь меня вообще?
Вскинул голову.
Девушка сверлила меня подозрительным взглядом.
Неопределенно кивнул и засунул руки в карманы пижамных штанов, которые на скоро до этого натянул, лишь бы успеть поймать прыткую женушку.
Мирослава с полминуты раздумывала как на мое подобное поведение реагировать, но в конце концов решила продолжить разговор с того места, на котором закончила:
- Я подвожу черту. Черта подведена. Большая линия...
- Линия? - я вздохнул и оттолкнулся спиной от подоконника, к которому всё это время, прислонившись, стоял. - Ну что же, подарю тебе маркер.
Реакция не заставила себя ждать.
Ух, какая грозная амазонка мне попалась!
- Не смотри на меня так, словно я убил твоего кота.
- Бу я попросила бы не трогать.
Мирослава встала, всё также укутанная в одеяло и медленно прошлась по комнате. Остановилась рядом со своим свадебным платьем и осторожно потрогала подол. Ее дыхание сбилось. В тишине это было отчетливо слышно. Девушка оторвалась от созерцания платья и мягкой поступью прошествовала по комнате, явно изучая место, в котором оказалась. Край одеяла шлейфом тянулся за ней.
Пока разглядывала интерьер, она не забывала подхватывать на ходу свои вещи и складывать в одно место в кучу.