Серёга тогда захохотал и отстранившись, потрепал меня по плечу. Я тоже рассмеялась. Головой по сторонам не крутила, но Брановский взгляд чувствовала остро. Осуждающий или довольный… не разобрать.
Одно лишь поняла даже пуховик не успев снять - моя аура снова как слизняк без раковины. Беззащитна перед аспирантом, а значит, здравствуй очередное обострение.
- Пейте давайте. Хватит в гляделки играть, - откинулся на спинку великий ловец орешков, пока я неприлично пристально залипала на сидящего напротив аспиранта.
Я смутилась. Отвела взгляд и стиснула бадью с бурым киселём. А затем снова невольно глянула на Баранова.
Тот неизменно смотрел в ответ.
- Пей-те! - скомандовал Сергей, и мы оба подняли кружки.
Двадцать пять глотков. Горечь в горле и ощущение, будто тебя вывернет раз сто, но правила на то и правила. Игра шла честная.
Серёга же, глядя на нас, посмеивался и прихлёбывал свой фреш. Можно было, конечно, и нам играть с чем-то поприятнее на вкус, но так азарт больше. В случае провала делаешь глоток за глотком мерзкого варева.
Ну а Сергей вооружился фрешем, сказав, что для друзей он вполне мог организовать бутылочку чего-то покрепче, но на работе не пьёт. И нам не разрешил.
- Тело - живой магнит. Алкоголь ослабляет контроль, магнитный поток гаснет, и края ауры размываются, - вещал Сергей, грохнув парой пивных кружек с бурым киселём. - Защита слабеет, а нам оно сейчас не нать. Будете потом всяких чертей видеть.
Я кивала. Когда Серёга привирает и нарочно нагоняет жути, пока не разобралась, но выглядел Амур в тот миг донельзя серьёзно.
- Вку-усно, - котом проурчал Амур и с особым смаком отпил, когда мы с аспирантом, морщась и кряхтя, выполнили свою часть сделки.
- Зараза, - констатировал Бранище мне на радость, с кислой миной наблюдая за лоснящимся от удовольствия другом.
- Ага, и я тебя люблю, - отмахнулся Сергей и накинулся на меня. – Маша, твоя очередь кидать.
- И не проси, - смущённо завозилась я. – Хватит с меня. Всё равно больше двух не получается поймать. А уж как ты я точно никогда не смогу.
- Ну так а ты пробуй, - состроил суровый вид Сергей. – Когда ещё возможность представится? К тому же у Браныча должна быть компания в аутсайдерах.
Бранище, к слову, посверкивал чёрными глазищами, и я как наяву снова услышала его коронное:
- Давай! – продолжал наседать Сергей, подталкивая миску с подсолённым арахисом, и я наконец сдалась.
Зачерпнула орешки, нарочно выпустив сквозь пальцы пяток-другой.
- Ладно... Сколько тут у нас? - посчитала скудный улов. – Четыре. В самый раз для новичка!
- Мухлюешь, - протянул Сергей, хлебнув фреша. - Ты на большее способна. Бери десять.
- Да мне бы хоть с четырьмя справиться! – состроила я разнесчастную рожицу, и едва Сергей милосердно кивнул, выдохнула. Настроилась.
Первый орешек взлетел в воздух.
- Один, - одобрительно кивнул Сергей и подобрался, когда я поймала ртом орех и со счастливым мычанием разжевала.
Бранов, не отрывая глаз от представления, откинулся на спинку стула. Потянулся к бадье, но, верно, припомнив, что там пойло не из приятных, отпрянул.
А над моей головой взмыл уже третий орешек.
- Три! - хохотнул Серёга. - Прогресс! Давай добирай до пяти.
Но я только отмахнулась. Успех опьянил, а потому я переборщила. Высоковато подкинула последний орешек.
- Да чтоб тебя! - воскликнула в сердцах, когда паршивец вместо разинутого рта угодил в подбородок и сорвался вниз.
Заскакал по столу, решительно направился к краю, но Сергей вовремя спохватился. Хлопнул медвежьей ручищей по столу так, что миски-чашки звякнули, и накрыл скакуна ладонью.
- Поймал! - хохотнул разноглазый и без раздумий закинул орешек себе в рот. - Никто ничего не видел. Браныч, пьём!
- Это же нечестно, - с благодарностью глядела я, как парни вместо оплошавшей меня, подняли стаканы, готовясь сделать по четыре глотка.
- Ничего, - миролюбиво заметил Сергей. - Девушкам иногда стоит немного подыграть. Ян, жги! Ты теперь один в аутсайдерах.
Бранов нехорошо так прищурился. Молчал. Серёгино пойло для ауры связало ему язык, но разгладило морщинки задумчивости на лбу. Да и плотно сомкнутые губы то и дело разъезжались в ухмылке.
- Браны-ыч, не тяни кота за хвост, - подгонял разноглазый, и аспирант зачерпнул полную горсть орешков. – У-у-у... Ва-банк пошёл? Перед дамой форсишь?
Бранов только ухмыльнулся. Снова молча, а я взволнованно сжалась. Первый орешек взлетел… и понеслась.
Три, пять… двенадцать...
- Двадцать! – громче и громче под гогот Сергея считала я. – Двадцать пять!
Бранище ловко хватал орешек за орешком, хотя прежде дальше восьми-десяти не уходил.
- Двадцать восемь! - раскрыв рот, отсчитала я последний пойманный ореховый снаряд. - Обманщик! Ян Викторыч, вы обманщик! Поддавались нарочно, чтобы я себя неудачницей не чувствовала?
Я перегнулась через столик и толкнула аспиранта в плечо, отчего тот только засмеялся.
- Вовсе нет, Вознесенская. Это совпадение. Ты знаешь, что такое вероятность?
- Я знаю, что играть с вами ни в жизнь больше не стану! Кто вас там знает, какие козыри в рукавах...