— То же самое происходит и со всем остальным. Духи созидания и духи разрушения окутывают физический мир, не покидая тем не менее мира духов. Но мы, раски, благодаря нашим хвостам можем чувствовать их. Узнавать места, где случилась беда, распознавать защитные амулеты и тёмные артефакты, способные наложить проклятие, и ещё многое, многое другое! Вот только чтобы заглянуть в мир духов, нужно приложить некоторые усилия. Немногие догадываются сделать это, немногие готовы сделать это. Так и живёт наш народ, довольствуясь словом «интуиция» и не желая признать, что за этим скрывается большее.
— Так почему же вы им не говорите? — я вытянулась вперёд, пытаясь подобрать слова, чтобы попросить научить меня.
— Почему не говорю? Говорила, много раз говорила. Не слушают. Боятся признать правду, ведь тогда репутация Слышащих сильно пошатнётся. Ты никогда не задумывалась, почему некоторые раски, чей зверь — один из трёх священных, имеют способности Слышащего, а другим не достаётся ничего?
Я снова пожала плечами. Я в самом деле об этом не задумывалась.
— Потому что это неправда. Все те из нас, кто имеет хвост и уши священного зверя, могут или слышать, или чувствовать. Просто редко кто из, скажем так, Чувствующих знает, какой удивительный дар ему достался. Между прочим, в тех кланах расков, что живут на южных островах, таких называют ведунами, и ценят их куда выше, чем Слышащих. Потому что талантливый ведун, не поленившийся развить свои способности, с закрытыми глазами видит больше, чем любой Слышащий с открытыми. С помощью духов они могут узнавать, что происходит вне зоны их видимости, и это вовсе не обязательно должно касаться живых существ. С помощью духов ведуны могут всё так же угадывать человеческие чувства, пусть и не столь глубоко, как Слышащие. Да, помощь духов открывает совершенно иные горизонты. Не говоря уже о том, что с теми из духов, кто достаточно велик, чтобы обладать разумом, ведуны могут говорить и договариваться. Накладывать порчи становится в три раза легче! — Марика рассмеялась, а я смотрела на неё, чуть ли рот не разинув.
Всё-таки она говорила потрясающие вещи, которые, не встреть я её, скорее всего навсегда остались бы для меня тайной.
— И вы ведунья, да? — предположила я, глядя на её ухоженный белый лисий хвост.
Марика вновь рассмеялась, многозначительно посмотрев на Кору.
— О да! Ведунья, и ещё какая! И знаешь, что? Ты мне определённо нравишься. Настолько, что… Хм, а не пригласить ли мне тебя в гости? У меня есть, чем ещё тебя удивить, — и она подмигнула.
Я, не скрывая радости, закивала головой.
— С удовольствием приду!
— Я буду ждать, — Марика вновь кинула на Кору странный многозначительный взгляд, повернулась ко мне и подмигнула. — С нетерпением.
Удивительная гостья ушла, а я ещё долго слушала болтовню Коры, поведавшей мне, что её подруга была странной ещё с раннего детства, что в школе она не блистала успехами и имела репутацию ветреной бездельницы, а закончив школу, покинула деревню, и никто не ждал, что она вернётся. Но Марика вернулась, чтобы потом вновь уйти, чтобы потом вновь вернуться. Она всегда уходила и всегда возвращалась, и каждый раз становилась всё более странной и более удивительной. Оказалось, что из-за этого в клане её многие не любят. Из-за этого, а ещё из-за излишней прямолинейности, с которой Марика показывала жителям её родного клана, как неправильно они живут.
Эта история заставила меня о многом задуматься. В том числе, как ни странно, о Крисе. Призрак был Слышащим и, насколько я поняла, весьма одарённым, но свои способности отталкивал. Так как же много он знал на самом деле? Как много слышал в моих ежедневных стонах на тренировках, в разговорах с теми, кто называл себя его другом, в упрёках Финиды? Угадать было невозможно. Но неожиданно очень захотелось.
Навестить Марику я решилась на той же неделе. Следуя указаниям Коры, я кое-как отыскала на северной окраине деревни маленький нарядный и уютный домик, кажется, самый красивый и прочный домик во всей деревне. Его строили, чтобы жить и радоваться жизни, а не для того, чтобы ждать времени, когда вновь придётся бежать. Поднимаясь на крыльцо, я глядела на резные перила, украшенные цветными лентами и всё теми же мелкими амулетами, и догадывалась, что это место должно быть переполнено духами созидания. Казалось, что даже воздух здесь был не таким, как везде.
Дверь была расписана странными незнакомыми мне символами, под ручкой был врезан дверной замок, чего в домах других расков я не замечала, а рядом красовалась металлическая пластинка и молоточек для стука. Я постучала, и пластинка отозвалась удивительно приятным звоном. Из-за двери раздалось кошачье мяуканье.
