Вдруг среди всего этого ужаса я почувствовала запах ладана. Мне сказали, что это молятся монахи.
Мы продолжаем идти через кельи. Я видела, как людей цепями приковывали к кроватям. На старых металлических каркасах до сих пор сохранились клеммы. Я спросила: «А как они ходили в туалет?» — «Никак, просто под себя».
Я знаю, какое чувство испытываю сейчас, — это страх. Мне страшно здесь.
Я вошла в другую комнату, полную фотографий с идентификационных карточек, отобранных у людей до того, как их начинали пытать, а затем убивали.
Равут сказал: «Я больше не хочу ничего видеть. Я боюсь увидеть фотографию своего отца. Я не уверен, в каком месте его убили, но у меня чувство, что это где-то совсем рядом».
Все лица на этих фотографиях уставшие и напуганные.
Я видела несколько фотографий, сделанных в профиль. Я спросила: «Что это прикреплено к их головам?» Равут ответил мне: «Это сверло. Они медленно сверлили людям Голову до тех пор, пока не убьют их».
Здесь так много фотографий. Молодые и старые, мужчины и женщины, дети, даже младенцы.
Здесь показаны инструменты и способы, которыми их пытали, на стенах висят фотографии людей после того, как они были убиты этими приборами. На каждой фотографии совершенно ясно показано, как именно они умерли.
Мне сказали, что в пятнадцати минутах отсюда находятся «Поля убийств».
Здесь стоит половина статуи Пол Пота с черной буквой «Х». Черная «Х» нарисована баллончиком с краской и перечеркивает камбоджийское слово. Равут сказал мне, что перечеркнутое слово означает «браво»; очевидно, Пол Пот сделал эту статую сам себе.
Балконы тюрьмы были обнесены колючей проволокой, чтобы предотвратить попытки доведенных до отчаяния людей совершить самоубийство.
Стены этих камер из кирпича и цемента. Они были построены для того, чтобы делить большие комнаты 3 х 7 футов на более мелкие. Они все пыльные и необтесанные. На стенах до сих пор сохранились кровавые пятна.
Меня неотвязно преследует желание выбраться отсюда. Затем мы прошли в комнату, где было много фотографий Пол Пота, его семьи и соратников. Я не хочу смотреть на него. Я вышла из комнаты.
На карте Равут показал мне, где Пол Пот начал геноцид и как передвигался из года в год.
Мне показали фотографию мужчины, который был известным камбоджийским певцом, наподобие нашего Элвиса Пресли, как сказал Равут, но Пол Пот убил и его.
Тут есть ящик с описанием пыток, изображенных на фотографиях. Мы все стояли в молчании напротив него очень долго.
Я видела фотографии детей, оторванных от матерей. Я видела фотографии матерей, которых убивали и которые продолжали держать своих детей на коленях. На одной из фотографий у матери в голове все еще было сверло и ребенок на коленях.
На одной стене была карта Камбоджи, сделанная из человеческих черепов. Я читаю все новые и новые страницы истреблений.
На стене висела фотография детей, которых подбрасывали в воздух и накалывали на лезвия штыков в воздухе.
Я видела фотографии мужчин, которые держали детей за ноги и били их головами об дерево.
Я должна отсюда выбраться. Мне необходимо выйти отсюда. Я не могу дышать.
Мари- Ноэль и я сказали Равуту и Мао, что хотели бы встретиться с их семьями. Мы так много о них слышали. Сегодня вечером мы были приглашены на ужин к Равуту. У него замечательная семья — прекрасная жена и две дочки, шести и одиннадцати лет. Мао тоже с нами. Он пришел со своей милой женой и их тремя детьми, которым три года, полтора и очаровательному маленькому мальчику семь месяцев.
Для меня большая честь знать этих людей. Надеюсь, что однажды мы станем близкими друзьями. Думаю, могу сказать, что мы уже друзья.
У Равута дома много книг: по праву, истории, французский и английский словари и т. д. Многие из этих книг он изучил, когда был беженцем в лагерях. Его жена также работает. Кажется, что все за столом работают с НПО или правительством. Они удивительные женщины и знают намного больше меня о многих вещах. Интересно, чего бы они могли добиться с тем образованием и с теми возможностями, которые были мне предоставлены? Они бы не теряли времени зря.
Они объяснили, что кондиционеры стоят очень дорого, поэтому они пользуются веерами. На какое-то время выключили свет, и мы зажгли свечи.
Это был прекрасный вечер.
Сначала все мы молчали, но прошло немного времени, и мы начали падать со стульев от смеха.
Дети были счастливы, играя все вместе. Я была так благодарна возможности находиться рядом с ними.
Прошлой ночью мне снились кошмары, поэтому я практически не спала.
Сегодня мы посетили Службу помощи беженцам Иезуитских монахов! [10].
Когда мы вышли из машины, нас приветствовала молодая девушка по имени Сонг Косал. Вместо одной из ног у нее был протез. Она вручила мне коробку с деревянным брелком для ключей в виде птицы мира.
Она потеряла ногу, когда ей было 5 лет. Они с матерью искали хворост.
