Последнее он произнес с издевкой. В голове с Ольги в свою очередь сработал некий щелчок. Она уже и забыла о существовании этого тумблера. Он не включился даже в ситуации с Денисом и последний раз был активирован в далекой юности. Прежние мысли о том, как стоит разговаривать с приматами подобными этому, чудесным образом испарились, оставив на своем месте что-то злое, коварное и веселое. Кто-то называл это женской сущностью.
— Что?
— Права сюда, живо! — повторился тот, развернув ее в сторону ее тачки.
— Мои?
— Твои-твои! — он сдержался в чем-то и дернул подбородком. — Давай уже!
Ольга не желала сдаваться вот так просто и тупила с удвоенной силой, вновь развернувшись и взглянув на «урода» совершенно кукольным взглядом. Изобразить девчонок, которые время от времени сопровождали особо ценных клиентов банка оказалось не трудно.
— Бегом!
В ответ на очередное рявканье Ольга дернулась, подпрыгнула и засеменила к распахнутой настежь машине, не забывая размахивать руками в разные стороны. Рассыпавшиеся за спиной волосы дополняли образ…
— Скоро буду, — раздалось за ее спиной, — только заберу права у одной курицы.
Багдасарова усмехнулась — альфа-пупсик оказывается спешил и решил оставить ее без документов, прямо посреди трассы, чтобы она разбиралась с «гайцами» и страховщиками в таком незавидном положении.
— Конечно бегом, милый, — проговорила она себе под нос и повернула ключи в замке зажигания. — Удачи тебе в твоем зоопарке.
Ольга дала по газам, мельком взглянув в сторону GPS-навигатора. Он, к счастью, не пострадал и продолжал записывать все, даже то, что происходило со стороны багажника. То, что она не нарушила ни одно из правил Оля даже не сомневалась. Когда зайдет речь о решении этой проблемы у нее будут доказательства того, кто был виноват на самом деле. Если нет, то она устранит повреждения за собственный счет — траты будут не велики. Что до побега…
— Придурок, — бросила она, бросив взгляд на дорогу позади. Неандерталец исчез далеко позади.
Она просто испугалась. Запись покажет все — и как он орал, и как запугивал, и даже то, что собирался забрать права. Жизнь упорно сталкивала ее с мудаками. Один решил кинуть ее на деньги, другой на тачку и каждый был уверен в том, что им удастся сделать это.
— Только на моих условиях, мальчики, — проговорила она себе под нос, сжав оплетку руля и не хорошо усмехнувшись при этом. — Только на моих условиях!
Ольга не то, чтобы отвыкла от предубеждений, касающихся ее пола, возраста и даже цвета волос, просто раньше никто не пытался забраться ей в трусы, пусть даже на словах, задним числом или в своих неуемных фантазиях.
— Багдасарова!.. — выпалила она спустя какие-то минуты, перевела дух и все-таки «задохнулась». — К Виктору Степановичу…
Сердце стучало где-то в горле, дыхание не желало приходить в норму после небольшого забега от парковки до парадного входа…
— Он ждет меня!
Она наконец выпрямилась и, тряхнув копной волос, улыбнулась. В ее жизни был полный «швах», все затянулось в какие-то не распутываемые узлы, нависло над головой свинцовыми тучами, но эта авария, крики примата и даже забег на каблуках вновь заставили ее почувствовать себя живой.
— Что с тобой? — Виктор Степанович оглянулся на нее. — Взгляд…
Он даже поджал губы, видимо затруднившись так сразу дать ему какую-то более-менее приличную формулировку.
— Безумный.
Генерал отложил бумаги и пошел к ней на встречу, но Ольга опередила его, поспешила к нему, да и затрясла головой из стороны в сторону. Состояние внутреннего подъема резонировало со сложившейся ситуацией.
— Хорошее настроение?
Ольга пожала плечами.
— Оптимистичный настрой.
— Что у тебя случилось? Звонок как-то странно оборвался.
Генерал продолжал рассматривать, шаря по ее облику колючим взглядом.
— Ничего особенного, просто у московского зоопарка случилась беда — из вольеров с приматами случился побег, — она улыбнулась лучшей из своих улыбок. — Я чуть было не сбила одного такого.
Виктор Степанович расслабился, поняв причины ее веселья.
— Как же! Как же! Зверушки они такие забавные!
Багдасарова кивнула, не став объяснять, что в той особи не было ничего милого, а принялась рассказывать другое, потом и вовсе налила себе и генералу чаю, забыв о том, что она в гостях. Впрочем, Ратников даже не заметил этого.
— Когда я спрашивал тебя уверена ли ты в том, что хочешь этого…
Сначала Ольге достался выразительный взгляд, а потом рассказ и даже краткое досье на ее мужа. Он не был связан с криминалом в каких-то катастрофических масштабах — все больше по мелочи и можно сказать: «как у всех».
— Почему вы не сказали мне об этом, когда мы разговаривали по телефону?
Ольга пробежалась взглядом по тексту, с яркими полосками текстовыделителя.
— Я бы приехала!..
Скорость работы органов поразила Олю. Уж кто-то, а эти ребята ели свой хлеб не зря.
— Ты бы все узнала завтра и мне бы не понадобилось рассказывать все это, убеждать и слушать слова Станиславского[1].
Ольга представила свою реакцию, содрогнулась, да и забыла об этом.
