Я чувствовал, что она дрожит от желания, и ее пальцы, такие нежные, но умелые, уже развели мои колени в стороны. Я был близок к тому, чтобы сорваться. И я знал, что если сейчас не остановлю ее, то она просто-напросто потрахается с Андреем, а потом будет пытаться вдолбить мне в голову, что это был простой секс по-дружески.
Мне хотелось схватить ее за волосы и заткнуть рот поцелуем. Но Милена схватила меня за воротник и затолкала в кабинку, прижав к холодной стене.
— Так понимаю, ты выбрал первое, — с дрожью простонала Милена, а я чувствовал, как член твердел в штанах.
Я хотел ее. Хотел слышать ее стоны, чувствовать ее жар, ее дыхание, и все это на своей коже.
Она была моей, только моей. И я не собираюсь ни с кем делиться. Ни с Андреем, ни с кем-либо еще. Дягерева только моя.
— А ты хочешь этого? — спросил я, глядя в глаза. — Ты хочешь, чтобы я трахнул тебя?
— Ты вроде препод, а такой тормоз, — выдохнула она, опускаясь вниз.
Девушка начала расстегивать ремень, а я запустил руки в ее волосы, впиваясь пальцами в ее кожу. Облизнувшись, блондинка осела на колени, стягивая с бедер боксеры. Легким движением освободила член и провела по нему губами.
— Матерь божья, как же хорошо… — прошептал я, не отрывая взгляда от ее лица, а она, не прекращая сосать, начала медленно двигаться вверх-вниз. Я положил ладонь на ее затылок, направляя ее голову, и через несколько секунд она подняла глаза, глядя на меня снизу вверх. На ее лице играла блаженная улыбка.
По телу пробежали мурашки. Я обхватил ее голову и начал двигать бедрами. Наслаждение было настолько велико, что сил сдерживаться не осталось. Ее губы, язык и зубы стали неистово ласкать мой член.
— Что ты творишь со мной… — порывисто дыша, выдавливал из себя слова. — Завтра протрезвеешь и пожалеешь.
— По правде я пьяна только тобой, — на секунду прервалась Милена, хищно улыбнувшись. — И кто еще пожалеет.
Я не мог больше терпеть эту сладкую пытку. Сдавшись на милость победителя, застонал и кончил ей в рот. Она все проглотила, и от этого стало еще слаще.
И тут я почувствовал, как внутри что-то лопнуло. Это был оргазм. В голове гудело, а в низу живота, словно кипятком ошпарило.
— Не знал, что отличницы умеют так сосать, — помог подняться ей я.
— Ром, ты правда думал, что я святоша? — улыбнулась Милена, смотря на меня с вызовом. В ее взгляде я читал чистую страсть.
— Видел я твою святость. Точнее, прочувствовал. Целиком.
— Говоришь так, будто хочешь трахнуть меня.
— Я не скрывал этого.
Она была одета в короткое черное пальто. Сексуальное тело, которое она даже не пыталась скрыть. Да и незачем. Я слюни на нее пускал и не скрывал своих желаний. Одна секунда. Мое тело прижало Милену к стенке, а в глазах я увидел лишь желание большего. Я хотел ее с первого дня знакомства. Это было понятно и без слов.
— Обещай, что завтра ты не пожалеешь, — прошептала девушка, изнывая от желания близости. — Обещай, черт возьми.
— Завтра может не настать, а тебя я хочу прямо сейчас.
Рычаг сорвался, послав приличия к чертям. Я ответил ей тем же, и мир вокруг нас рухнул, превратившись в сумасшедший полет, где нет ни запретов, ни правил. Милена впилась в мои губы, обвив руками мою шею, а я, не отрываясь от нее, подхватил ее на руки, прижав к себе, будто боялся, что она исчезнет.
Я чувствовал ее жар, ее дыхание, даже ее сердце, которое билось рядом с моим. Она была моей. И только моей. Мы были единым целым. Я целовал ее лицо, шею, плечи, зарылся в волосы. Как же мне хотелось сделать это вечность. Я хотел, чтобы она осталась со мной навсегда. Не важно, какой ценой. Я готов был даже продать душу дьяволу ради нее.
Милену, кажется, это даже не испугало. Она с готовностью прильнула ко мне, отвечая на поцелуй.
Запустив пальцы в ее волосы, я слегка откинул голову девушки назад, чтобы лучше видеть ее лицо. Она томно прикрыла глаза, когда я целовал ее шею, и, наконец, застонала.
— Долго будешь терзать мои губы? — простонала Милена, закусывая кожу едва ли не до крови.
— А чего ты хочешь?
— Чтобы ты наконец зажал меня и трахнул так, чтоб потом ходить больно было, — сказала она на ушко, но прогремело в голове слишком громко.
Одной рукой я последовал внутрь, приподнимая подол юбки. Милена тихо выдохнула, ощущая жар моих пальцев. Я нащупал нижнее белье и слегка отодвинул его. В голове будто взорвалась бомба, и все мысли испарились.
Осталось лишь желание — сильное, необузданное, которое я не в силах был сдерживать. Все мысли о том, чтобы не спугнуть ее, исчезли из головы. Остались лишь ощущения. Как же мне хотелось взять ее — всю, целиком.
— Детка… — два пальца вошли до упора, а Милена, раскрыв рот, перестала дышать. — Ты вся течешь. Я продолжал двигаться, и она, выгибаясь вверх, подставляла себя под мои пальцы. Нащупав клитор, я начал двигаться уже резче, с каждым разом все сильнее, сильнее.
Дягерева прогнула спину, откинула голову назад, закатив глаза и выгнувшись еще больше. Милена была готова взорваться, но я не давал ей этого сделать. Ее дыхание стало частым и прерывистым.