— Спокойно, Мышонок. А то срок дадут же, как за настоящего человека. — Он прижал меня к себе одной рукой, и обезоружил другой. — Зря ты, Влад. Она вчера медведю этой сковородкой так накидала, что он еле ноги унес. И тебе советую последовать его примеру…
Я не смогла больше смотреть на физиономию бывшего. Отвернулась и уткнулась лбом в плечо Рафа, позволяя ему себя обнять.
— Какому медведю? — последовал глупый вопрос.
— Верни мне сковородку, Раф! — повысила я голос, оборачиваясь.
— Да ухожу я! — огрызнулся Влад. — Позже поговорим.
Когда он хлопнул дверью, я отстранилась:
— Спасибо….
— За что?
— И правда, за что? — обернулась я и шмыгнула носом. — Кто тебя просил разыгрывать моего…
— Я не разыгрывал, — нахмурился Раф, не дожидаясь, пока я подберу определение.
— Я понимаю, Влад застал нас в одном доме, но не стоило, — злилась я, не находя себе места.
Только тут заметила, что Раф и правда принял душ, надел свои чистые джинсы, и теперь вкусно пах моим гелем для душа. Его короткие волосы блестели от влаги, а по вискам катились капли воды. Наверное, не успел вытереться — бежал спасать от меня Влада. При этом как-то напряженно за мной следил, будто бы не сковородкой я угрожала бывшему, а пистолетом.
— А по-моему, так ему и надо, — заметил он.
— Да никак ему не надо! — взвилась я. — Он счастлив со своей Валерией! Почему мужчины уверены, что женщине для счастья и для мести бывшему кто-то обязательно нужен, а ещё лучше — кто-то такой, как ты!
И я обрисовала жестом его фигуру сверху до низу.
— Это унизительно, — понизила я голос видя, как мрачнеет его взгляд. — Ты просто… притворяешься, потому что так сложились обстоятельства… А мне потом разгребать.
— И что же тебе разгребать? — недобро сузил он глаза и сделал плавный шаг ко мне.
— Когда все закончится, и ты испаришься, Влад скажет: «Я же тебе говорил!»
— Ты утверждала, что его мнение тебя не интересует, — напомнил Раф и выкинул руки вперед, хватаясь за столешницу, в которую я вжималась задом, с обеих сторон от меня.
— Не интересует, — пискнула я.
— Ну, так а что же? — понизил он голос и склонился к самому моему лицу.
— Ничего, — хрипло прошептала я, бегая взглядом от его губ к глазам и обратно.
От запаха мужчины и его близости голова пошла кругом, ладони взмокли, а сердце забарабанило в груди, как капли дождя по крыше. Но, когда Раф коснулся своими губами моих, я дернулась:
— Так, — положила я руки ему на грудь, собравшись решительно возразить, но он только шумно втянул воздух и обхватил меня за шею, не позволяя отстраниться:
— Я не собираюсь играть твоего мужика на публику, — прорычал он мне в губы. — Я собираюсь им стать по-настоящему.
— П-п-подожди…. — заблеяла я, — мы… мы же так не… не договаривались…
— Уверен, договоримся…
И он заткнул мой рот своим.
Но не каким-то пробным поцелуем… Раф так уверенно, настойчиво и жестко завладел моими губами и желанием, что я просто оцепенела. Варианта, кроме как позволить ему все, не осталось.
Да и отступать уже глупо… Куда тут отступать?
На этом мои мысли, к счастью, погасли. Я почувствовала, что мне нравится эта неизвестная прежде роль загнанной в угол жертвы, которой не собираются давать инициативу. Но, в то же время, не оставляют никаких сомнений, что она сейчас — центр всей вселенной. Такого я не видела даже в кино… Хотя, я и не видела ничего. Мои веки были плотно сжаты, а сама я пыталась остаться на хоть сколько-то твердых ногах. Но задача становилась все сложнее, а когда Раф сдернул с меня кофту, и вовсе показалась невозможной. Потому что его горячие руки на моей груди обладали тем же эффектом, что и бокал крепкого алкоголя залпом. Голова закружилась, тело потеряло сцепку с реальностью, и никаких надежд на то, что мне вернется право голоса в ближайшее время. Раф действовал так уверенно, что я лишь терялась все больше и больше… И он этому, кажется, был только рад.
Когда он позвал меня, я даже не сразу откликнулась.
— Наташ, я за резинками схожу к мотоциклу…
— Л-л-ладно. А я — в душ… — промямлила я и проследила мутным взглядом, как он быстрым шагом направляется к двери.
Так. Главное — без паники. И не думать…
Но думать мне долго и не позволили. Раф вернулся очень быстро — я только успела включить воду в душе, и сразу же снова почувствовала себя загнанной в угол мышкой. Его темный и решительный взгляд даже напугал, но он стянул джинсы, вошел в кабинку и развернул меня к себе спиной…
Давно я не стонала по такому уважительному поводу. Когда мужчина уверенно и совсем капельку грубо прижимает к себе за шею и впивается в кожу губами, это ни с чем не сравнить. Это стирает все границы — сколько мне лет, а сколько ему, кто мы были в прошлом и кто мы друг другу сейчас — все становится неважным. Мир так стремительно сжимается в пружину и затягивается в тугой узел внизу живота от предвкушения, что ощущение легкого полета выбивает весь воздух из легких.
— Ты.… давно? Без никого? — прохрипел он на ухо и скользнул мне пальцами между ног.
— Давно…
— В душе?
— Не люблю…
