- И тот факт, что я поселилась в их безупречном доме всех троих не устраивает, - вслух заканчиваю свою мысль и утыкаюсь в экран телефона, вызываю такси. - Если я вернусь в наш с папой коттедж - Рождественские только обрадуются.
- И отец твой обрадуется, Алиса, - кивает Вика и тушит сигарету об черную решетку забора. Кидает бычок в урну. - После твоей истории про сауну он счастливо вручит тебе ключи и оставит жить одну в вашем доме. Не побоится, что ты начнешь каждый день вечеринки для всего универа закатывать, учебу прогуливать, и трахаться с одногрупниками.
- Фу, Вика, - меня передергивает от ее дурацких предположений, и от ее голоса, она с таким убеждением мне эту картинку рисует, что я против воли представляю реакцию отца…
И начинаю сомневаться. В своем решении.
- А я тебе говорю, так и будет, дорогая, - продолжает издеваться она и покровительственно похлопывает меня по плечу. - Уж я таких мужчин, как твой папочка, знаю, поверь моему опыту.
- У тебя предложения какие-то есть, что мне делать? - стряхиваю ее руку и поправляю сползшую с плеча лямку рюкзака.
- Да, - подруга улыбается. Переводит взгляд мне за спину. И ее улыбка становится еще шире. - Опа. А вот такая такси мне нравится. Даже очень.
Тоже оборачиваюсь.
И взглядом натыкаюсь на знакомый серебристый Бентли. Он плавно тормозит у ворот универа.
И спустя секунду дверь открывается, и на асфальт ступает как всегда деловой и невозмутимый Храбрый Полицейский.
Стоим с Викой. Молча наблюдаем за Виктором, как он широко и уверенно шагает к нам.
Мешковатые удобные брюки, стального цвета куртка, короткие темные волосы чуть вьются и лицо гладковыбирито - он образец надежности, чего-то незыблемого, кажется, если его ночью поднять с постели, он будет выглядеть так же - сладко-сонно, но безупречно-невозмутимо.
- Привет, - он равняется с нами. Кивает на универ. - Прогуливаем?
- Тебе то что? - огрызаюсь.
- Алиса, - Вика качает головой. По ее довольному лицу понимаю, что она надежды не теряет, Арон оказался грубияном и при встрече с ней не кинулся ручки целовать, и красную дорожку не выкатил, по которой она бы поднялась в дом. Но братьев Рождественских трое. И перед нами стоит средний. - Мы в салон собираемся, за машиной Алисы, - объясняет ему Вика. - Такси хотели вызвать, но раз ты здесь…
- Ты зачем приехал? - перебиваю подругу и всем корпусом разворачиваюсь к Виктору. - Я не просила.
- В машину садись, поговорим, - игнорирует он вопросы и преспокойно берет меня за локоть. - Подвезу до салона.
- Отлично, - довольным тоном принимает приглашение Вика. И под взглядами студентов, что топчутся на крльце магазина она гордо виляет бедрами к Бентли. Задрав подбородок, элеганто усаживается на переднем сиденье.
Хмуро смотрю на машину. Перевожу взгляд на Виктора.
- Подруга твоя поумнее будет, красотка, - с одобрением в голосе говорит Виктор. Мягко, но настойчиво тянет меня к Бентли. - Где вчера ночевала? Или на работе была?
- Чего тебе нужно? - останавливаюсь, и он тоже тормозит. Стоит напротив, и солнце золотит его каштановые волосы, смуглая кожа ровная, гладкая, так и тянет коснуться пальцами, провести по щеке.
Почему-то так получилось. Монстрам досталась красота богов.
- Нам необязательно воевать, Алиса, - говорит Виктор.
И я вдруг замечаю, что ему его имя подходит удивительно. Виктор - означает “победа”, и он меня будто предупреждает сейчас, что я буду сражена.
В этой схватке.
- Я взрослый мужчина, - продолжает Виктор, и тон бархатный, он делает шаг ближе ко мне, и я невольно отшагиваю назад, мы стоим на улице, дует ветер и машины на дороге гудят, смеются студенты, а мне кажется, что здесь места мало, я как в узкой каморке зажата.
- Говори короче, - требую и пальцами цепляюсь в лямку рюкзачка на плече. Заставляю себя смотреть ему в глаза. - Ты взрослый мужчина. Это я и так вижу. И что?
- А ты юная девушка, - за другую лямку он подтягивает меня к себе. - Силы неравны, детка. Плюс, мы с тобой скоро станем одной семьей. Поэтому давай о разногласиях забудем. И будем относиться друг к другу как положено. Как и принято в семьях. С нежностью. Лаской. И любовью. Согласна?
Его голос низкий, глубокий, сладкая отрава, ароматный яд.
Топчусь напротив и развесив уши слушаю этого соловья.
- Я и мои братья. Мы повели себя грубо. С такой шикарной девочкой. С такой лапушкой.
В его слова поверить хочется, я ведь тоже готова про ночь нашего знакомства молчать, если меня не будут обижать, задирать, говорить гадости…
- Что думаешь, Алиса?
- Я думаю, - запрокидываю голову, изучаю красивое мужское лицо. Мотаю головой. - Что ты неискренен сейчас.
- Мы едем или нет? - в окно высовывается Викина рыжая макушка. - Неужели нельзя в машине поболтать?
- Твоя Вика права, - за лямку рюкзака Виктор требовательно тянет меня к Бентли. - Давай забросим твою подругу домой. А потом я тебя отвезу в салон. С делами вроде разобрался, только вечером надо будет на работу заскочить, - рассказывает Виктор и открывает для меня дверь. - Какой у нее адрес?
