Похоже, скоро он отправится к Богдану Глебовичу Ольховскому. Будут сидеть рядом и костерить своих сыновей. Которым придется тащить бизнес отцов и разгребать все проблемы, что они после себя оставили.
– Кто знает, откуда эта флешка попала в пакет к Марине? – откидываясь на спинку кресла спрашиваю у парней. – Не может быть, что ее туда кто-то случайно уронил.
– Я тоже не верю в подобные совпадения, – подключается Ярослав.
– Глупо рассчитывать, что такого рода компромат мог остаться без присмотра хоть на секунду, – подтверждает мои мысли Радько.
– Ваши мысли по этому поводу, – обращаюсь к друзьям.
– Погоди, – с азартным блеском в глазах говорит Яр. – У меня есть одна идея.
Друг оставляет нас с Ванькой одних, сам выходит из кабинета. Я достаю из принтера стопку бумаг, делю ее пополам и начинаю раскладывать по датам. Скоро приедет следователь. Ему понравится.
За монотонной работой теряю счет времени. Отрываюсь от документов лишь тогда, когда чуть ли не с ноги открывается дверь. Поднимаю голову.
На пороге стоит довольный до невозможности Ольховский. Держит Марину за талию, подталкивает девчонку, что бы вошла внутрь.
– Нафига здесь девчонка, – скептически смотрю на нее. – Я не для того Кошкину выгнал, чтобы ты подругу ее притащил.
– Не, бро, – качает головой Ярослав. – Зря ты так, – смотрит на свою спутницу. – Дорогая, расскажи моим друзьям, откуда у тебя тот огромный черный пакет, – ехидная ухмылка так и играет на губах. Мне становится интересно.
– Там домработница есть, – начинает девчонка. – Баба Маша…
При имени соседки Дины очень многое встает на место. Раскиданный пазл превращается в единую картинку.
Суматошный день превратился в ещё более суматошную ночь. Как ни старалась, но унять волнение и успокоиться не получилось.
В дом к Ярославу Ольховскому до самого утра то приезжали какие-то люди. Хлопки автомобильных дверей и звуки работающего двигателя ни с чем иным не спутать. Они то и дело раздавались в полнейшей тишине.
Закрываю глаза, прячусь под одеяло, переворачиваюсь на другой бок. Сон не идет.
Я уже и овец пересчитала, и о жизни подумать успела, о Бесе и о своих чувствах к нему.
Все же удивительной бывает жизнь. Одного друга я потеряла, зато в лице его брата нашла свою большую любовь.
Так странно. Буквально недавно я ненавидела Беса, а он презирал меня. Потом щелк и все, искра между нами превратилась в пламя. И это прекрасно! Потому что лишь рядом с Женей я смогла вновь почувствовать вкус жизни, ощутить легкость и счастье. В том, что я улыбаюсь всецело виноват именно он.
Мою рабочую смену перенесли на утро. Не знаю, с чем это связано, но когда мне позвонили и сообщили перечить не стала. Я настолько вымоталась, что не продержалась бы все двенадцать часов.
Правда, до очередного экзамена осталось меньше полутора суток и как я к нему смогу подготовиться не представляю. Сразу после дневной смены в кафе, я отправлюсь в бар, на ночную. И лишь оттуда, после суток без сна и отдыха, поеду на экзамен.
Перспектива та еще, если честно. Но иной у меня нет. Деньги просто так никому не даются.
Придумаю что-то! Не впервой! Предмет интересный, я его на протяжении семестра учила. Справлюсь! В конце концов, у меня выбора нет. Сдать сессию нужно без троек.
Планы планами, а сон в приоритете. Потом я буду дико жалеть, что так и не смогла отдохнуть, когда была возможность.
Мне нужно поспать. Просто жизненно необходимо! Но сон, зараза, не желает ко мне приходить.
В голову лезут самые разные мысли. Они жужжат, кружатся роем и не отпускают меня ни на миг.
– Спишь? – в тишине звучит негромкий голос Жени.
– Нет, – признаюсь открывая глаза.
– Отлично, – произносит с облегчением.
Беспалов заходит в комнату, включает освещение. Щурюсь. От яркого света режет глаза, приходится их спрятать в ладошки, а после постепенно приоткрывать, давать возможность привыкнуть.
– Что-то случилось? – спрашиваю садясь на кровати.
– Да, – признается. Садится рядом. – Дин, что ты знаешь про твою соседку? Бабу Машу? – удивляет вопросом.
– Да ничего, – пожимаю плечами, напрягаю память в поисках какой-то особенной информации.
– А если подумать? – не унимается Бес.
– Жень, она самая обыкновенная женщина, живущая самой обыкновенной жизнью, – поясняю ему. – Правда, – в памяти всплывает старый разговор с моей бабушкой, уже практически позабытый. – Она когда-то работала в каких-то важных структурах и из-за этого перешла работу какому-то молодому предпринимателю. Это было давно, года были лихие, люди тоже.
– И? – голос Беспалова становится напряженней.
– Тот ее очень жестоко наказал, – тяжко вздыхаю вспоминая бабушкину историю.
– Как? – Бес подается вперед, впивается в меня взглядом. Глаза горят. Ему нужно узнать ответ как можно скорее.
– Он зверски расправился с ее мужем, Жень, – говорю еле слышно.
Я до сих помню свой ужас и страх после того рассказа. Как забилась в самый угол кровати и представляла, что сейчас придут за мной и накажут. Прошло уже много лет, но теперь мои детские страхи начинают сбываться.
– В смысле? – хмурится сидящий напротив Беспалов. На парне нет лица.
