Первый глоток обжег горло, я судорожно хлебнула колу. Замерла, ожидая, когда напиток спустится вниз по пищеводу, не запросившись назад. Виски разогнало кровь, и мне стало чуть теплее. Максим разломил шоколадку и протянул мне дольку.
— И часто ты угощаешь на улице девушек виски с шоколадом? — спросила я, посасывая дольку.
— Не поверишь, ни разу, — Максим откусил шоколад, смотря куда-то вдаль. — Обычно я очаровываю их по-другому.
— А ты хочешь меня очаровать?
Максим глотнул виски и посмотрел на меня. Он рассматривал мое лицо, пристально разглядывал губы, снова возвращался к глазам. Какое-то удивление проскальзывало в нем, как будто он не понимал, что я тут делаю, почему пью виски и разговариваю с ним, зачем задаю вопросы и пытаюсь залезть к нему в душу.
Макс так и не ответил на мой вопрос. Я выпила еще виски с колой и осмотрелась вокруг. Начинало темнеть. Причудливые тени делали это покинутое место еще более жутковатым. Но мне было здесь уютно. Спиртное сняло напряжение, мысли были легкими и поверхностными, не хотелось ничего усложнять. Я мысленно парила над своими проблемами, и ничего не задевало меня. Мне захотелось пустить Максима в свою душу, поделиться с ним сокровенным, вызывая его на ответную откровенность.
Я начала говорить, рассматривая листья под ногами, крепко вцепившись озябшими пальцами в стаканчик.
— Год назад я встретила Павла на дискотеке. Нас познакомили общие друзья. Я и не думала, что могу приглянуться ему. Он старше на два года, студент, красавчик, обаятельный повеса, как я его называла. Вокруг него всегда крутились девушки, и он всем им уделял внимание. Но однажды Паша позвонил мне, и мы сходили в кино, потом еще раз встретились и еще, и еще… — я повернула голову и посмотрела на Макса, он уставился перед собой, напряженно вслушиваясь в мои тихие слова.
— Наверное, я влюбилась в него. Он казался мне прекрасным принцем. А Паша хотел бОльшего, приглашал меня к себе домой, не понимал, почему я тяну и не подпускаю его к себе. А мне было неловко и страшно, я казалась себе трусихой. Паша знал, что у меня никого не было и обещал, что будет нежным. И на вечеринке в честь его дня рождения у него дома я решилась. Я боялась, что он бросит меня… — я зажмурилась. — Я была такой дурой! Когда это случилось в его комнате, я испытывала только ненависть к себе и своему телу. Я казалась себе неумелой, зажатой… Вначале мне было приятно, а потом я хотела остановить Пашу, но мы зашли слишком далеко, и я ведь любила его… После этого он пропал из моей жизни, перестал звонить и отвечать на звонки. Я ничего не понимала, может, я сделала что-то не так? Была слишком холодной? Мне было плохо без него. Я стала неуверенной в себе, избегала парней…
Выдохшись, я залпом выпила остаток янтарной жидкости в стаканчике. Без колы. В голове, как ни странно, прояснилось. Я посмотрела на Максима. Он сжал пальцы в кулаки, его лицо застыло. Прошла долгая, томительная минута, прежде чем он глухо проговорил:
— Он пришел к нам в зал недавно, и я был о нем лучшего мнения…
Макс повернул голову и заглянул мне в глаза:
— Ты его еще любишь?
Я покачала головой:
— Когда я его увидела сегодня, что-то ёкнуло. Но это не любовь, а какая-то болезненная привязанность… Я бы хотела от нее избавиться, — почти прошептала я.
Максим громко выдохнул, закрыл бутылку с виски, положил ее в карман куртки:
— Пожалуй, на сегодня откровений хватит… — невесело усмехнулся он. — Больше я тебе не налью.
Сжавшись, я задала мучавший меня вопрос:
— Ты думал, что я еще девственница?
Парень недоверчиво посмотрел на меня:
— Сашка! Для меня нет разницы — девственница ты или нет. Я не видел около тебя парней и думал, что ты неопытна. Но меня же заводит не это. Меня заводишь ТЫ — твоя походка, смех, твое тело, улыбка, голос… После того, что я сегодня узнал, ничего не изменилось, кроме того, что мне захотелось набить морду Павлу!
Я облегченно улыбнулась. А Макс взял мою руку и хмуро сказал:
— Сам не верю, что говорю это… Но, чтобы для самой себя закрыть эту тему, тебе нужно поговорить с этим ублюдком и высказать ему всё, что наболело внутри тебя за этот год. Выслушай его жалкие оправдания и плюнь в лицо. Тебе станет легче, и ты сможешь перевернуть страницу.
Немного подумав, я согласилась:
— Ты прав, нам нужно поговорить.
Мы спешили, чтобы прийти домой раньше родителей. Вскочив в автобус, мы устроились в самом конце возле окна. Всё вокруг нас смешило. Максим снял свой шарф и замотал меня по самый нос, как пятачка. Я расхохоталась и попыталась ослабить узел, но мои замерзшие пальцы не справлялись.
Парень осторожно взял мои ладони в свои, подышал на них и положил себе на талию под свою куртку. Получилось, что я крепко обвила руками мужской торс. Я уткнулась лицом в плечо Макса. Мне было хорошо.
Счастливо улыбаясь, Макс сгреб меня в свои объятия. От его широкой улыбки внутри меня разлилось тепло. Я пряталась в сильных руках и млела. Со стороны мы, наверное, казались сумасшедшей влюбленной парочкой.
