Я успеваю сделать всего один шаг, не оборачиваясь, хотя жутко хочется, когда слышу вслед веселое:
- Хочешь – завтра заеду за тобой?
Оборачиваюсь с улыбкой, качаю головой – его не исправить, врет до последнего, и отвечаю:
- Лучше просто зайди.
Он понимает намек, но не расстраивается. Уточняет, в каком Университете учусь, когда у меня завтра заканчиваются пары и уезжает с терпеливым водителем.
Завтра днем меня ожидает рассказ Алины об очередном бессердечном ублюдке, который трахается отлично, но при этом жмот жуткий. Все, чего удалось добиться – хороший номер в дорогущей гостинице, бутылка шампанского, коробка слишком сладких конфет, прохладное прощание с клевком губ в обе щеки и деньги на такси, чтобы вернуться домой.
- Про того нищеброда даже не спрашиваю, - бухтит она и со вздохом следит взглядом за черным джипом, который нагло паркуется у ступеней Университета. – Везет же какой-то стерве!
А когда дверь машины открывается и из нее выходит «тот» нищеброд, только уже в другой обуви, она переводит ошарашенный взгляд с него на меня и торопливо бормочет:
- Учти, моя стервочка, это я тебя с ним познакомила!
- Хочешь и с ним переспать? – усмехаюсь, оправдывая новое прозвище.
Смеюсь, видя ошарашенное лицо подруги, которая еще мне это припомнит, и как под гипнозом, спускаюсь вниз.
К мужчине, который пока только нравился, а вскоре стал мой первой любовью.
К мужчине, который, быть может, любил бы меня всю нашу жизнь, и это было бы нежно, романтично и, конечно, взаимно, если бы однажды он не решил меня познакомить со своим старшим братом.
Утром я обнаруживаю жасминовый чай, ванильный сырок, новую записку с поцелуем и пропажу всех своих сумок. Какое-то время, пока пью чай, в ступоре рассматриваю угол, в который их временно определила, но чуда не случается. Их все-таки нет. Теперь я заложник бриджей с топом и немногочисленных вещей, брошенных вчера в корзину.
Что делать?
Не люблю носить одно и то же несколько дней, но утешаюсь хотя бы тем, что по старой привычке постирала свое белье на ночь. Итак, одна из рубашек Яра заменяет мне платье, его ремень – пояс, но все равно это не выход. Преодолев смущение, спускаюсь вниз. Заметив Макара в коридоре, машу рукой, но быстро протискиваюсь на кухню.
- Ой, а у меня сырнички готовы, будете? – Повариха радостно всплескивает руками при моем появлении и не дожидаясь ответа, начинает суетиться. На столике появляется тарелка с ароматными сырниками, бадья со сметаной и чашка с зеленым чаем. Чай я беру, мне так легче настроиться на разговор, на сырники только посматриваю – чай с прикуской, как говорит моя бабуля.
- Мне бы, - сообщаю, нахлюпавшись и разомлев до задушевного состояния, - позвонить мужу.
- А что, - подмигивает повариха, - хорошее дело вы придумали, Злата Юрьевна.
Морщусь, но оставляю как есть – наверное, здесь так принято, хотя повариха и старше меня раза в два, а по отчеству.
- Дело-то, - говорю, - хорошее, но вот номера мужа я не знаю.
И тут мы обе смущаемся и в смущении обмениваемся данными. В больших глазах так и виден вопрос, мол, как же это, уже и ночи вместе, и женаты, а номера телефона не знает. Эх, да я много чего о Яре не знаю, но не жаловаться же?
Поднимаюсь к себе в комнату, набираю номер на своем мобильном, но вызов не жму. А если он занят? А если переговоры или встреча, а тут я с пустяковым вопросом о пропаже хозяйственных сумок?
Стук в дверь прерывает мои сомнения.
- Злата Юрьевна, - даже после приглашения водитель остается на пороге, - Ярослав Владимирович сегодня будет поздно, иностранные партнеры приезжают. Сказал, может, вы захотите проехаться в «Песок», отдохнуть по-женски?
Я чуть не ляпаю: а как это «отдохнуть по-женски», но водитель поясняет:
- «Песок» - это салон Ярослава Владимировича.
И я нахожу предложение заманчивым, тем более что спросить мужа о сумках можно и в приватной обстановке, вечером. Вбиваю его номер в память мобильного, переодеваюсь – ох – в бриджи и топ, и еду с водителем отдыхать как женщина.
А как женщина-друг, приглашаю с собой Ларису. Она взвизгивает, когда я только произношу «Песок», оказывается, это очень модный и дорогой салон, а здесь пригласительный на халяву, будет что рассказать менее удачливым знакомым, в число которых войдет и директриса нашего агентства!
Глава № 37
В ушах начинает звенеть, лицо покрывается пятнами – чувствую это. И, кажется, вижу свое нелепое отражение в синих глазах, которые внимательно за мной наблюдают.
Имена…
Он думает, что я встречалась уже не с одним…
Я настолько теряюсь и этого предположения, и вопроса, но больше – требовательности, которая звучит в его голосе. Как будто он вправе знать обо мне все. Даже то, что не знают другие.
Поэтому пропускаю момент, когда ноутбук остается лежать на кровати, а Кирилл оказывается напротив меня.
Высокий…
Какой же высокий…
Наверное, поэтому у всех его подружек такие огромные каблуки, потому что иначе они до него не дотянутся…
