Рус приезжал несколько раз за эти две недели, рассказывал новости. Особенно приятно было слушать про Деброва.
Шок у адвоката так и не прошел. Он закрылся дома, не ездил на работу. Видимо, все пытался понять, кто это его так обошел по части беззакония. Ему, конечно, никто не сказал, что дочь у него отобрали по закону. Просто эти законы ему недоступны. А вот мне — очень даже. Дебров теперь от меня никуда не денется. Потому что наш закон признавал такое понятие как «кровь за кровь». И этим, пожалуй, я займусь в первую очередь.
***
Я крутила мобильный, отбив очередной звонок, на который Эльдар не ответил. Сегодня его выписывают — Тахир сказал. А у меня все замирало внутри от одной мысли, что придется снова смотреть в его глаза. И я не знала почему. Вернее, Катя говорила, что я всё ещё нуждаюсь в Эльдаре. И что первый шок пройдет. Но я не знала когда. И что сделает Эльдар — тоже не знала. А вдруг он вернется к прежней жизни, не дав мне больше шанса? А вдруг приедет ко мне, не оставив выбора? Я не знала, чего боюсь больше.
— Мам, смотри! — Ксеня вбежала в кухню и поставила передо мной на стол очередную фигурку волка из пластилина.
За две недели, что мы были снова вместе, она слепила целую стаю. Будто знала все. И пыталась мне рассказать. Я вынуждена была подолгу слушать про каждого члена стаи, про их детей и родителей и как они все счастливы вместе.
— Мам, я нового слепила. Смотри!
Ещё один волк, похожий на того самого… которым был Эльдар.
— Кто это?
— Это одинокий волк. У него нет семьи.
— Почему? — тихо спросила я.
— Ну у того волка, который приходил к нам у Тахира, не было ведь никого.
— Откуда ты знаешь?
— Мне так кажется. Он бы не ходил к нам и не смотрел за мной по ночам. Он бы своих волчат нянчил. А он за мной смотрел. Может, я — его волчонок?
— Ксень, откуда такие мысли? — нахмурилась я.
— Это правда. Я просто знаю, — насупилась она.
— Тебе Тахир что-то говорил? — в который раз спросила я.
Но он не говорил. Сказал, что такое решение могу принять только я, и оно сильно поменяет нашу жизнь. А я менять ее не собиралась.
— Тахир сказал, что волк по нам скучает. Мам, когда мы поедем к Тахиру, Эльдару и волку?
— Эльдар заболел, Ксень.
— А почему мы его не навещаем? Он же хороший. Он делал тебе приятно.
— Он почему-то не отвечает на мои звонки, — пожала я плечами.
Нехорошо было врать, конечно. Нет, на звонки-то он не отвечал, но это была моя вина. Я его бросила. Одного. После того, как он чуть не погиб. Из-за меня.
— Он обиделся, что мы его не навещали, — серьёзно постановила дочь. — Ты работаешь много. Вот и некогда.
— Мне нужно работать, да.
— Я хочу к Эльдару. Он обещал, что волк придет. А ты меня не пускаешь.
— Я подумаю, ладно? — Я притянула расстроенного ребёнка к себе.
Но она выкрутилась из моих рук:
— Ладно.
Забрала волка и ушла из кухни.
Ксении никогда ещё не был нужен кто-то, кроме меня. Я была всей ее вселенной. У нас не было ни родственников, ни других людей в окружении. Удивительно, как ей вдруг запали в душу Тахир с Эльдаром.
Я набрала Тахира. Он ответил сразу.
— Как Эльдар?
— Уехал.
Я почувствовала неловкость. Впервые его голос звучал так отстраненно.
— Он не собирается обратно на войну?
— Нет.
— А куда?
— Собирается работать у Руслана. Снял квартиру в Москве.
Значит, домой он не вернется. И отчаяние в очередной раз затопило меня. Это я сделала так, что Тахир его потерял.
Чувство вины стало накрывать, когда прошел первый шок. Ещё Катерина прописала мне таблетки, чтобы помочь справиться с эмоциями и страхами. И, видимо, когда меня отпустило, пришел стыд за то, что я всех бросила. Катя и с этим чувством предлагала повременить и дать себе время спокойно все пережить. Но будет ли время у Эльдара? Я не знала.
Теперь казалось, что будет. Но уверенности не было.
— Понятно, — вздохнула я в трубку. — Держите в курсе, ладно?
— Ладно, — эхом отозвался Тахир, и мы попрощались.
В любом случае, я уже не исправлю того, что произошло. Винить себя за это странно — я не виновата, что семья моего отчима оказалась не такой, как мне представлялось. Но и они не виноваты, что не люди. Сложно…
За эти дни я перечитала все мамины книги. Да, теперь мне становилось понятным, что её фантазии — вовсе не фантазии. Она описывала мир, в котором жила с самого знакомства с Тахиром. Одна книга — «Встретимся у Восточной станции» — оказалась списанной с реальных событий. Она была о ней и Тахире. Эта книга сделала её известной. А мне помогла принять реальность, с которой пришлось столкнуться так неожиданно.
В будничной суете я замечала, как изменилось мое восприятие происходящего вокруг. Мир не был прежним. И с этим было сложнее всего. Катя говорила, что я теряла контроль, ведь все теперь было не таким, как казалось всегда. А я осталась со всем этим одна.
Повинуясь порыву, я начала звонить Эльдару. Один звонок, второй, третий…
— Если ты возьмешь трубку, я приглашу тебя на чай! — рычала я, слушая гудки.
И он вдруг ответил.
— Что-то случилось?
Голос холодный, жгучий… незнакомый.
— Приезжай… — только и смогла прошептать.
