Мне думается, что такие очень близкие, родственные отношения были присущи людям местечка, а наши корни уходят в белорусские местечки Могилевской губернии, где располагались города Климовичи и Чериков. Мы все друг друга знали и относились друг к другу с любовью и уважением. И так как Лёня практически знал многих родственников, то я думаю, что чуткость, отзывчивость и уважение во взаимоотношениях с людьми передались и ему. Особенно это чувствуется с годами, когда человек взрослеет и когда душа невольно ищет единения с близкими людьми. Идет поиск своих корней и их осознание.

В последнее время часто приходится видеть и слышать, как близкие родственники ругаются и скандалят, ссорятся и судятся из-за наследства, каких-то денег, жилплощади, загородных домов и прочее. Неловко и стыдно смотреть и слышать такое. Мне даже представить невозможно, чтобы в нашей большой семье, среди наших родных и близких родственников могло быть такое. Я уверена, что не было и никогда не будет.

Моя семья всегда была для меня опорой. Я возвращалась домой с радостью, с желанием оказаться рядом с родными и близкими. Мне не надо было искать какие-то точки соприкосновения, не надо было в каких-то вопросах идти на компромиссы, не надо было думать о том, что сейчас надо что-то такое объяснять, чтобы меня поняли. Меня мои родные люди понимали. И мои родители, и мой муж, и мой сын. В нашей семье никто и никогда ни на кого не давил, никто не говорил, что надо делать так, а не иначе. Я имею в виду воспитание, поведение и отношение к другим людям. Наверное, это пошло от папы, от Марка Исааковича. Никогда с его стороны не было давления в общении с кем-либо, никогда не было настоятельного желания доказать, убедить, заставить принять его точку зрения. Сейчас стало модным это слово «толерантность», означающее, насколько я понимаю, терпимость в отношении иных точек зрения, терпимость к иному мировоззрению и иному мнению. Тогда этого слова мы просто не знали. Так вот, папа, пожалуй, в полной мере отвечал смыслу этого слова - толерантность, терпимость. Ему были присущи душевная открытость, доброжелательность и искренняя доброта.

Леонид Невзлин

Он отдавал всего себя: семье, своему любимому делу. Он заинтересованно общался. Он всегда умел слушать, и он слышал. В этом смысле я похож на него. И чем больше я про него узнавал, тем больше он для меня открывался.

Конечно, у него были свои интересы, которых я тогда не знал, но в целом дед был тем человеком, который жил так, чтобы делать хорошо другим. И это тоже у меня наследственное. От него. Могу объяснить, почему. Эта задача - заботиться в первую очередь о родных и близких, а потом уже о себе, была для моего деда приоритетной. У многих людей этот пункт в системе ценностей смещён, а порой и вовсе отсутствует. Люди обычно сначала думают о себе, а потом - о других. А в случае деда всё было наоборот. Для бабушки, для дочери, для зятя, для внука, а потом только для себя. Интересы остальных первичны, а он сам уже «на сдачу». Тем более, всегда кажется, что собственного ресурса сколько хочешь. Но не всегда и не у всех. У деда ресурса доброты и великодушия было с лихвой.

И самое важное, на мой взгляд, дед никогда ничего и никому не прививал. Модель такого общения, или, если хотите, момента воспитания - это пример. Личный пример.

Это качество перешло и к Лёне, но не только оно. Эмоциональность, чуткость, отзывчивость, стремление помочь и жизненная активность. И ещё очень важное качество, которое, я уверена, перешло от папы к Лёне - желание реализовать себя! Я прекрасно понимаю, что говорить вот так откровенно и честно, может быть, и не скромно, но вот все эти незаурядные способности - это всё у него, у Лёни, от дедушки.

Перейти на страницу:

Похожие книги