- Тогда надо тебя покрепче держать, чтобы ты в окно не вылетела.
- Саша, - он поднимает голову, и я продолжаю, глядя ему в глаза: - Земного притяжения нет, но есть другое, которое гораздо сильнее. Это моё притяжение к тебе, Морозов, - подвигаюсь и целую его губы.
Сначала это нежный поцелуй любви, но постепенно он меняет свои оттенки, становясь обжигающе страстным.
За этот день мы ещё дважды занимаемся любовью, и под конец я вновь перетягиваю на себя часть тьмы Дарка. А после добровольно возвращаю ему её, боясь припадков, которые были у меня во дворце кинжей.
- Пообещай, что не будешь меня резать без моего ведома, - лежу на его плече, рисуя пальцами сердечки на груди мужчины.
- Лена, я хотел уберечь тебя…
- Пообещай.
- Хорошо, я обещаю, что без твоего ведома не буду использовать тебя.
- Интересно, а с ведома будешь? - приподнимаю голову, заглядывая ему в лицо.
- Ты поняла, что я хотел сказать.
- Знаешь, Дарк, я уже успела понять, что ты всегда очень тщательно подбираешь слова. Это меня восхищает и бесит в тебе.
- Рад угодить, дорогая, - он приподнимает руку и ведет пальцами по плечу и руке, пока не касается груди, задев ногтем сосок.
- Ты просто невыносимо самоуверенный тиран.
- И ты всё равно любишь меня.
- Да, будь ты неладен.
- Знаешь что? - он приподнимается на локтях. - У меня есть идея. Одевайся.
- Что? - непонимающе хлопаю глазами. Только мне заявили, что я не могу никуда ходить дальше кровати, и вот уже тащат куда-то. - Но зачем?
- Я не хочу, чтобы тебя видели голой мои люди, - он вроде бы шутит, но я чувствую, что тут глубоко скрытая угроза и ревность. Мне бы хотелось подразнить его, вырвать у него спрятанные чувства, сорвать маску невозмутимости, которая меня порой так бесит. Но я отбрасываю эти мысли. Прекрасно понимаю, как больно видеть любимого человека с другими, или даже просто вожделенным для других. - Мы прогуляемся немного. Подальше от всех, кто сейчас здесь.
- Ты украдешь меня? - улыбаюсь, наслаждаясь истомой, разлившейся по телу после занятий любовью.
- Разве мне это нужно? - он поднимает руку и проводит по моей щеке.
- Саш?
- М-м? - он уже натягивает на себя рубашку, скрывая от меня вид своего потрясающего тела.
- А какое сегодня число? - со всеми этими событиями я совершенно потеряла счет времени. Кажется, зима ещё в самом разгаре, но здесь мы были обнаженные и ничего не случилось даже с открытым окном. Да и солнце светит и греет не по-зимнему.
- Семьнадцатое марта, - он заканчивает, просовывая руки в рукава кафтана. - А что?
- Семь... семьнадцатое марта? - резко сажусь на кровати, чувствуя как упускаю что-то очень важное.
- А ты куда-то спешишь? - он хмуро смотрит на меня, обернувшись через плечо. - И до сих пор ещё не оделась. Вот заверну тебя в ковер и отнесу так.
- Да...да, я сейчас, - поднимаюсь с кровати и тянусь к своей одежде.
- Нет, милая, надень мой цвет.
- Но…
- Надевай, - он подталкивает меня к стулу, на котором аккуратной стопкой сложена одежда. - Не хочу, чтобы ты как-то отличалась от меня.
- Знаешь что, Морозов? - нежнейшая шелковая туника скользит по моему телу, словно изощренная ласка, будоража все нервные окончания. - Хоть ты и отрицаешь, но для безразличного человека ты слишком ревнив.
- Я не отрицал, что ты мне необходима, - он в два шага оказывается рядом, обхватив руками за плечи. - Но ты ждала признаний в любви. И я уже говорил, что это пустые слова.
- Говорил, - глаза начинает щипать, ведь я действительно хотела услышать от него слова любви.
- Милая, скоро ты поймешь, что есть вещи куда важнее, чем химия человеческого мозга. Идем со мной.
И он выводит меня из комнаты, продолжая обнимать за талию. В доме никого нет, зато на улице та целительница, что лечила мне руки, развешивает постиранное бельё на веревки. Так обыденна и привычна эта картина, словно я вернулась в родной Питер. И только сейчас я понимаю, что хочу назад, домой, но не одна. Мне хочется, чтобы Саша оказался со мной, чтобы все вокруг увидели и узнали, что я не страдаю по Кире. Что рядом со мной мужчина-мечта любой девушки с мало-мальскими мозгами. Улыбаюсь, понимая, что едва не сделала из Морозова трофей, которым готова хвастаться. Больше всего, наверное, мне хочется продемонстрировать это Кириллу, но тот уже и так всё видел. Или не всё…
Замираю на краю огромного пруда, уже покрытого по берегу сочно-зеленой осокой. Солнечные блики на сине-зеленой воде играют и ослепляют, а над головой теплый ветер шевелит огромную крону многовекового дуба.
Внезапно приходит сравнение, что это дерево может быть ровесником Дарка, а возможно, даже младше его.
- Здесь так красиво, - вижу, как мужчина внимательно смотрит на меня, прислонившись к широкому стволу дуба. - А летом, наверное, ещё лучше.
- На самом деле я плохо помню это место, - он по-прежнему не двигается с места, и я начинаю нервничать. - Мать увезла меня отсюда очень быстро, а после мы скитались по всей Рутении, тогда ещё единой.
- Саша, зачем ты привел меня сюда?
- Нам надо поговорить без лишних ушей.
