- Все неприятности всегда начинаются со слов “нам надо поговорить”...
- Когда у тебя в последний раз была менструация?
- Что?! - чувствую, как мои щеки начинают гореть. - Какое тебе дело…
- Лена, просто ответь, когда в последний раз?
- Я… - замолкаю, понимая что в этом месте меня ни разу не напрягли критические дни. Просто потому что за всё время я ни разу не озаботилась, где найти древнюю “always”. И никогда даже не интересовалась у девушек, как они справляются с критическими днями. - Я не помню. Наверное, давно.
- И тебя это не напрягло?
- У меня и раньше было не регулярно, поэтому из нервотрепки в нервотрепку даже в голову не пришло…
- Идём, - он, наконец, отлипает от дерева и делает шаг ко мне, беря за руку. - Нужно кое-что проверить наверняка.
- Что?
- Мне нужна твоя кровь, а раз я обещал без спроса не резать тебя, надо, чтобы ты была в сознании и сама дала согласие. Я не нарушаю своё слово.
- Да зачем? - я едва поспеваю за ним, спотыкаясь от быстрого шага Дарка.
- Чтобы окончательно убедиться, что ты беременна.
Странное ощущение от осознания, что кто-то ещё пока незримый живет во мне. Я не собиралась беременеть, тем более здесь и от этого мужчины. Тут же антисанитария, лошади, грязь и болезни, от которых ещё не придумали лекарства. Однако безмолвно следую за мужчиной, пока мы не останавливаемся перед небольшим домом, с виду ничем не отличающимся от других.
- Нам сюда?
- Да. Тут нам никто не помешает и не узнает раньше времени.
- А какая разница?
- Ты уже столько времени здесь, а всё никак не уяснишь истину. Если ты сильна - тебя захотят уничтожить.
- Ты-параноик, Са… Дарк.
- Именно поэтому я до сих пор жив. Заходи внутрь.
- Да, Ваше Темнейшество.
Я ступаю через порог и внезапно понимаю, что внутри всё выглядит иначе, даже чем в гостинице. Вокруг всё окутано тьмой, так, словно я внезапно ослепла, поэтому, даже не раздумывая особо, поднимаю руку и освещаю хотя бы небольшое пространство.
- Нет, погаси свет, - Саша сжимает мою ладонь, и свет тут же гаснет вновь, погружая нас в темноту. - Ты здесь?
- А ты что, меня не видишь? - хмыкаю и тут же вскрикиваю, когда рядом раздается скрипучий голос.
- Да, господин, я пришла, как вы и звали.
- Кто это, Дарк? - теперь мне уже не до шуток. Ощущение какого-то страшного и странного ритуала накрывает меня с головой ещё более плотным покрывалом, чем тьма вокруг нас. Я сжимаю его руку своими, боясь, что если отпущу, то сразу же останусь совсем одна.
- Лена, это Агния, одна из древнейших кинжей всей Рутении. Агния, нам нужно удостовериться, что эта девушка беременна.
- Дай мне свою руку, - и только ощущение теплых губ Дарка у моего виска помогает сдержать нервный возглас, когда костлявые пальцы вцепляются в мою руку. - Сюда иди.
Никакого почтения, как у других, перед Дарком и мной, если он рядом. Но старуха, я теперь не сомневаюсь в этом, словно клещами держит меня за руку. И ей удается оторвать меня от Морозова, так что я теряю связь с ним.
- Дарк…
- Я здесь, Лена, делай, что говорит Агния.
- Садись, - и меня совсем не любезно толкают на какую-то твердую лавку, а после вынуждают откинуться на спину. Старуха задирает подол, и не успеваю я осознать, как дергаюсь от пальцев внутри. Мне неприятно и больно одновременно, и это сочетание заставляет меня светиться, словно рождественская гирлянда на ёлке. - Угомонись и не смей слепить меня.
Пальцы исчезают, так же быстро, как появились, а после и подол туники опускают на место. Но не успеваю я выдохнуть с облегчением, как моей руки касается острое лезвие и жалящая боль заставляет дернуться.
- Нет!
- Тихо! Нам же не нужно, чтобы ты истекла кровью?
- Дарк… - но в этой темноте я не вижу его, а на мою просьбу он не отзывается, и тут меня накрывает паника. - Дарк! Чтоб ты провалился, чертов манипулятор!
- Я рад, что ты всегда желаешь лишь добра, - тьма рассеивается, являя мне и самого Дарка и слепую или больную старуху с редеющими седыми волосами. Перевожу ошарашенный взгляд с мужчины на женщину и обратно. Она что-то мешает в глиняной миске, совершенно не обращая на меня внимания. - У тебя кровь идет, - Дарк приседает рядом и, взяв ленту ткани, заматывает ею порез.
- Зачем она меня порезала?
- Чтобы убедиться, что ты беременна, - даже голос у неё, как у бабы Яги из детских сказок. - И это так. Вот, взгляните, - и она протягивает ту самую миску. На дне кровь смешанная с какой-то странной субстанцией сплелась во что-то, похожее на эмбрион.
- Понятно, спасибо, Агния, - Морозов резко поднимается и тянет меня за собой. - Нам пора, Лена.
- Но…
- Мы поговорим, но не здесь. Идём, - и почти волоком он вытаскивает меня на солнечный день. Но на улице я уже торможу, внезапно понимая, что Дарк что-то задумал.
- Вот мы и вышли оттуда, а теперь говори.
- Ты немедленно уезжаешь в Аль Гросу.
- Ага, уже бегу, волосы назад, хлопаю ушами.
- Что?
- Это значит “нет”, Ваше Темнейшество!
