Она протянула ко мне руки.
— Иди сюда, Эбби, дорогая!
Мое сердце рухнуло, как кирпичная стена. Как я могла быть такой дурой?
Мама слегка подтолкнула меня. Я обняла бабушку и зарылась лицом в ее пальто, чтобы она не видела моих слез. От нее пахло домом.
— Боже мой, — сказала бабушка, то и дело высовывая голову из окна грузовика. — Вы когда-нибудь видели такие высокие здания?
Сказать вам по правде, встретить бабушку на автобусной станции в Нэшвилле было таким же чудом, как если бы я увидела там Тэма. Я никогда не слышала, чтобы бабушка покидала Хармони-Гэп. Но она здесь и говорит, что не уедет, пока папа не вернется домой.
Я показала на действительно высокое здание с заостренными краями на крыше.
— А вон там находится одна из крупнейших американских телекоммуникационных компаний — «ATT». Моя подруга Чейен говорит, что здание похоже на голову Бэтмена.
Бабушка засмеялась.
— Она права.
Глаза бабушки, такие же, как и у папы, светились любопытством. В них не было страха, как у меня, когда я впервые увидела большой город.
Мы проехали супермаркет «Харрис Титер».
— Продукты купим завтра, — сказала мама. — Что вы хотите сегодня на ужин?
Я хотела немного бабушкиного приготовленного на скорую руку печенья, и курицу, и яблок, запеченных в тесте. И, может быть, еще яблочный пирог и…
— Пиццу, — объявила бабушка. — С дополнительной порцией пеперони и оливок.
В тот вечер мы сидели втроем в кухне, доедая пиццу. Даже мама съела два куска, в перерывах задавая бабушке сотни вопросов о каждой из лам.
— Они в порядке, Холли. Я тебе клянусь, — сказала бабушка. — О них забочусь не только я, но и мистер Сингер с Оливией, и ламы разбалованы, как малые дети.
Мама вздохнула и вытерла глаза.
— Я очень по ним скучаю, — призналась она.
Бабушка рассказала нам последние новости.
— Самая главная новость, — произнесла она, — дети стариков мистера и миссис Суттер въехали в их дом.
Старая ферма семьи Суттеров находилась между нашей фермой и домом Оливии и ее дедушки.
— Я помню, что миссис Суттер умерла несколько месяцев назад, — сказала мама. — Я еще думала, будут ли их дети жить на ферме или продадут ее.
— Их сын переехал туда со своей семьей из Калифорнии. Он говорит, что собирается возродить старую ферму рождественских елок.
— А у них есть дети? — спросила я.
— Четверо! — Бабушка лучезарно улыбнулась. — Новорожденная девочка Жасмин, четырехлетняя девочка Сани и близнецы — мальчик с девочкой, которых зовут Форест и Ривер. Они твоего возраста.
У бабушки был мечтательный вид.
— Давно уже в Уальд-Кэт-Ков не было столько молодежи.
— Они хорошие? — спросила мама.
— Очень хорошие, — ответила бабушка. — Вчера они пригласили меня, Оливию и мистера Сингера в гости на ужин. Мы замечательно провели время. Оливия и девочка-близняшка, Ривер, очень подружились.
Я фыркнула.
— Оливия ничего мне об этом не писала.
В тот вечер впервые за долгое время мы с бабушкой расчесывали друг другу волосы перед сном. Она собиралась спать со мной.
Я рассказала ей обо всех школьных друзьях, особенно о Чейен Риверс.
— И знаешь что, бабушка?
— Что, дорогая?
— Сначала все в школе ее боялись и даже не пытались с ней подружиться. Но оказалось, что она очень застенчивая.
— Правда? — Я почувствовала, что бабушка улыбается, стоя за моей спиной и расчесывая мне волосы.
— Ха-ха, — сказала я. — А теперь Чейен играет с нами на перемене и не носит больше ужасную черную одежду, и никто ее не боится. И я все еще ее лучшая подруга, — добавила я.
Бабушка похлопала меня по плечу.
— Ты и для Оливии все еще лучшая подруга.
Я обернулась и обняла бабушку.
— Я так рада, что ты приехала, бабушка.
Она поцеловала меня в макушку.
— Я тоже, солнышко. Ты даже не представляешь, как я по вас соскучилась.
— Ну как, сегодня дозвонилась? — спрашивала Джули каждый день, когда приходила в приют для животных после школы.
И каждый день Дороти Поллард качала головой.
— Только автоответчик. Снова.
Прошла уже неделя, с тех пор как они обнаружили у Тэма микрочип. Джули надеялась, что его семья уехала куда-то отдыхать, поэтому никто не берет трубку. Но Дороти знала: с каждым днем у них остается все меньше шансов найти хозяев этого пса.
Она вздохнула, сняла очки и потерла глаза. В этот день в приют поступили еще три собаки. Еще три собаки, у которых нет дома.
— Я пойду погуляю с Тэмом, — крикнула Джули, схватив поводок.
— Хорошо, — сказала Дороти. — Но не забудь и о других собаках. Им тоже нужно твое внимание.
Тэм вернулся в свою клетку из уличного вольера. Другие собаки лаяли и выли, заглушая музыку по радио, кидались на решетчатые двери. Это означало только одно — кто-то идет.
Он услышал звонкий голос девочки — она здоровалась с каждой собакой. Они умоляли ее о внимании.
— Возьми меня! Возьми меня! Я лучше! Я лучше!
Но Тэм знал, что был ее любимцем. Собаки заворчали и завыли, когда девочка открыла его клетку и пристегнула поводок.
— Пошли, Тэм, — сказала она.
