– Это верно. Ваши фанатки уже есть и среди тех, кто равнодушен к футболу. Набивают такие же татуировки. Как Вы к этому относитесь?
– Даже не думал на эту тему. Но если им нравится, почему нет. Главное, чтобы для них это имело смысл.
– Скажите, а что означают Ваши узоры на теле? – нервирует, ведь столько раз слышал этот вопрос.
– Это долгая история и к тому же не одна. Каждая, по-своему, определяет тот или иной период для меня. Большего сказать не могу.
– Спасибо и за это. Скажите, чего бы хотели добиться в ближайшие годы?
– Философский вопрос. Наверное умиротворения и счастья. Материально я обеспечен, и даже, если моя карьера в футболе закончится, есть мысли с чем связать свою жизнь. Поэтому главное для меня сейчас то, что внутри.
– То есть Вы хотите найти внутренний баланс?
– Можно и так сказать. Я потерял его достаточно давно, хотелось бы снова чувствовать то состояние. – теперь заминка у нее.
– Что послужило потере? – осторожно задаёт вопрос.
– Некие события моей жизни, о которых я предпочел бы смолчать. – кивает, вижу, как быстро поднимается ее грудь, сам держу себя в тисках, не могу смотреть на неё спокойно.
– Вы надолго вернулись? Будет ли у Вас встреча с фанатами?
– Нет. Пара дней, это максимум, который я могу себе позволить. Все встречи организовывает мой агент, но на этот уикенд не представится такая возможность. Возможно в следующий раз. – Уверена, Вы соберете здесь многочисленную толпу, подумайте над этим. Все паблики Эл Эй только и постят новости о звезде города, которая возвращается. – усмехаюсь.
– Возвращается, это громко сказано, мисс Доусон. Здесь меня уже слишком давно ничего не держит. Поэтому сомневаюсь, что когда-нибудь эта новость из фейка станет реальностью. – закусывает губу, опуская глаза.
– Спасибо мистер Рейнольдс. – протягивает руку, выключая диктофон на телефоне.
Уверен, что и доли вопросов она не задала, ведь я ни разу за это время не давал интервью.
– Я отредактирую, и пущу в издание. Вы сможете ознакомиться, и внести свои поправки прежде, чем журнал пойдет в продажу. Как только Ваши поправки будут учтены, интернет-версия будет опубликована на сайте. – скороговоркой говорит она.
– Благодарю Киара. – даже имя отзывается болью в грудине, но как-то глупо звучать формально друг к другу без записи: – Будут ли делать фото? Мой агент слезно умолял выдержать эту пытку. – Да, ва…тебя сейчас проводят в оборудованный зал, и там сделают пару кадров на разворот. Я…рада была тебя увидеть, Джейден. – снова бьет этой своей искренностью, разматывая обломки души.
– Да, неожиданная встреча. Удачи Киара. – бездушный кивок и я встаю, направляясь на выход.
Гребанные сомнения так и норовят пересилить разум и заставить обернуться, но коктейль из смеси ненависти и обиды слишком велик, даже спустя годы.
– И тебе, Джейден. – тихое и тоскливое прилетает мне в спину.
Все эти чертовы годы я старался понять и аргументировать, но тщетно. Отдалился от друзей, встречаясь лишь в Нью-Йорке и вот первый раз за восемь лет я в гребанном Лос-Анджелесе и с ней наедине. Жизнь порой подкидывает события, которые думаешь не переживешь, однако, потом со временем вспоминаешь и все еще дышишь, черт возьми. Пусть не так, как раньше, пусть через раз, не так глубоко, пусть без того желания к вкусам, цветам и запахам, но существуешь ведь.
