– Я рада за тебя, правда. – искренне признаюсь: – Еще тогда знала, что у тебя все получится. – легкая улыбка трогает губы.
– Много воды утекло с тех пор. Мы пережили и изменились. Не стоит сейчас ностальгировать на то время. – глаза застилает пелена слез.
Моргаю часто, кивая ему, не в силах произнести и слова.
– Киара? – останавливается, очевидно, заметив неладное.
– Да, я понимаю, все в порядке, идем. – не останавливаясь, зову его.
Если сейчас встану, то упаду, разбиваясь на осколки. Черт, почему так печет в груди? Поглаживаю место, где тихо бьется разорванное сердце. Любимый мужчина моих грез. Еще со смерти мамы, я виртуозно научилась скрывать свою боль. Но сейчас сдерживать маску сил нет, боль утраты ничто по сравнению с душевной. Обе, оглушительные и невыносимые, но одно дело, понимать, что любимый тобою человек сейчас наблюдает за тобой с небес и все еще тебя любит и, совершенно другое, самолично отказать себе в том человеке, которого любишь без остатка. Заставить двигаться дальше без тебя, вычеркнуть себя из его жизни, обижая его глубоко, до дна его прекрасной души, но при этом любя только его. До дрожи в коленках, до разрывов.
– Киара. – ещё раз окликает, не шелохнувшись.
Останавливаюсь, но повернуться боюсь, сорвусь. Чувствую, как подходит ближе. Судорожно тяну носом, встаёт сзади. В голове четко вижу картинку из прошлого. Но сейчас не будет, будоражащего все нервные окончания, поцелуя. Скорее сейчас мы разойдемся, от греха подальше, назвав это все ошибкой, усмешкой судьбы.
– Извини, если обидел тебя. Но ты…сделала это восемь лет назад и гораздо эффектнее. Я не держу на тебя зла, серьезно. Однако, прошу не возвращаться к тому времени, и тогда мы сможем спокойно поесть, не кидая друг другу взаимные претензии. – пауза, в течении которой я умираю: – Представим, будто мы два человека, у коих совместный проект. И в данную минуту, нас можно назвать не более, чем коллегами. – говорит все это тихо, но твёрдо.
Внутри рвутся артерии, гоняющие кровь к сердцу. Не могу его винить, но жжение в груди усилилось в разы. А пелена глаз все же вытекает в предательские слёзы. Я знала, что задела его тогда. Да и сомневаюсь, что нашелся бы человек, который после моих поступков притянул бы меня в свои объятия при встрече. Понуро киваю, не в силах собраться. Смаргиваю слёзы, вытирая их одной рукой. Пожалуй, будет глупо сейчас отказываться от обеда. Однако, израненное сердце хочет передышку.
– Да, извини. Я тебя услышала. – тихо отвечаю, и начинаю движение вперёд.
– Спасибо. – тяжело отвечает он.
В голове пустота, дышать тяжело. Слёзы так и норовят снова выйти наружу. Но держусь, сейчас зайдем в здание, и в уборной смогу восстановить дыхание. Вижу уже вход в ресторан, заходим, официант провожает нас к столику у панорамного окна. Оставляю его разбираться с меню и заказом, а сама спешно следую в туалет. И вот уже тут в кабинке, подвываю в голос. Боль чертовская. Внутренности разрывает от ощущения собственной глупости, вины и разочарования. Знал бы ты, как я тебя люблю, Джейден. До потери пульса, до сумасшествия. Минут десять уходит, чтобы хоть немного привести себя в порядок и успокоиться. Возвращаюсь к тому, кому я уже не нужна.
– С тобой все в порядке? – хмурит брови.
– Да, извини. Важный звонок. – в подобии улыбки растягивается мой рот: – Ты сделал заказ? Здесь шикарные ребрышки. – пытаюсь вести непринужденную беседу, а у самой внутри вроде бы пустота, но все же бушует тайфун, сметая все органы.
– Да, мне их посоветовали. – не сводит глаза, ища что-то на моем лице.
Подзываю официанта, заказывая кофе и салат.
– Ты серьезно? – одна его бровь взлетает.
– Я не сильно голодна. – оправдываюсь я.
Не могу представить, как я этот салат то в себя засуну, не говоря уже о полноценном блюде. Качает головой, поджимая свои манящие губы, но молчит. Не имеем мы права указывать друг другу, переживать, волноваться, да и вообще участвовать в жизни друг друга, как бы не хотелось.
– Эм. Когда свадьба, уже решили? – мазохистка, честное слово.
– Нет пока. Не хочу торопиться с этим. – не дрогнул даже: – Твоя? – кивком головы указывает на кольцо.
Поднимаю рассеянный взгляд, пожимая плечами. Озадаченно смотрит, очевидно, не понимая реакции.
– Я пока не решила. – наконец озвучиваю: – Не уверена, от того и тяну.
– А он знает?
– Да, я сказала, что подумаю, но настоял на том, чтобы приняла кольцо.
– Ты любишь этого человека? – вдруг серьезно спрашивает.
– Да, конечно. – и это чистая правда, иначе и по-другому, но я очень благодарна ему.
– Тогда не вижу проблемы. Возможно ты волнуешься, как и все девушки. Но парню, ты явно нужна, так что… – знал бы ты в чём проблема.
– Да, ты вероятно прав. Это глупое волнение. – улыбаюсь сквозь острую боль.
Кивает, вновь переводя взгляд на панораму. Разговор совершенно не клеится и не получается. Но и не мудрено, когда у меня была привилегия разговаривать с ним о чем угодно, я сама отказалась от неё. И вот теперь пожинаю плоды.
