Сёма сидел в ординаторской грустный, и какой-то потерянный:
— Очень рад, что ты снова с строю. — невесело пошутил Сёма, — Нам не помешает еще одна светлая голова и пара рук.
— Надеюсь, что не разочарую. — кивнула я и окунулась в работу, стараясь выбросить из головы все, что не касалось моих профессиональных обязанностей. Я набрала дежурств, чтобы поменьше бывать дома и не изводить себя тяжелыми мыслями. От того, что я не могла даже поговорить с Вадимом по телефону, мне было обидно до слез. А о свидании с ним, не могло быть и речи — формально я была совершенно посторонним ему человеком — не сестра, не жена, никто…
Майкл держал меня в курсе дела. Он нашел для Вадима отличного адвоката, который был уверен, что все закончится хорошо, но придется немного подождать. Я возненавидела слово “ждать”! Это было просто невыносимо — ждать, все время ждать!
Я была совершенно бессильна — ничего от меня не зависело. Ни-че-го!
Можно плакать, стучать кулаками по стене, — все это ничего не изменит!
Поэтому я решила, что должна много работать, чтобы отвлечься от дурных и нехороших мыслей. После дежурств я валилась с ног, но для меня то было спасением…
Как-то я спросила Майкла:
— Как вы думаете… Может быть мне поговорить с Клавдией? Она ведь может забрать свое заявление. Я постараюсь ей объяснить…
— Ни в коем случае! — оборвал меня Майкл, — Адвокат знает лучше нас с вами, что нужно делать и с кем говорить! — Майкл даже повысил голос, — Я вас настоятельно прошу, Даша, не надо проявлять инициативу, там, где не нужно! Обещайте, что вы не сделаете ничего, не посоветовавшись с адвокатом?!
— Обещаю. — вздохнула я, — Вы правы, я понимаю. Просто меня выводит из себя свое бездействие.
— Вы делаете все, что нужно, Даша. — уже мягче сказал Майкл, — Вы нашли меня, и это было очень важным! Пожалуй, самым важным! Вы верите в своего мужчину, а это очень дорого стоит, поверьте мне. Ему сейчас очень нужно знать что вы думаете о нем и ждете его…
— Я очень жду, — всхлипнула я, — Но мне кажется, что я не делаю что-то, что ему может помочь, и я не знаю, что мне делать и от этого мне очень плохо, очень…
— Крепись, девочка, — Майкл перешел на ты, — Все будет хорошо, где наша не пропадала, так сказать.
— Ага, — шмыгнула я, — Наша пропадала везде. Ладно, я постараюсь не раскисать. Спасибо вам, Майкл! Не знаю, что бы мы без вас делали!
Адвокат Вадима — Кирилл Николаевич, передавал мне приветы от Вадима и говорил, что у него все хорошо, что он настроен на победу, но я понимала, что Вадим не хочет меня расстраивать. Со своей стороны я тоже бодро рапортовала, что работаю и верю, что все скоро закончится и…
В преддверии весны, мы с мамой обычно затевали генеральную уборку, разбирали шкафы, что-то убиралось подальше, на дальние полки, что-то мы дарили знакомым или попросту выбрасывали. В общем — это была зачистка квартиры.
Я начала перебирать свои вещи, не дожидаясь выходного дня, мне хотелось чем-то занять себя, и придя с дежурства, я выгрузила одежду из своего шкафа. Первым мне попался на глаза тот самый костюм, в котором я была в тот злополучный вечер. Не долго думая, я взяла большой пакет и сунула в него костюм, туда же отправилась блузка, платье, которое не надевалось больше года, куртка — слишком яркая, как мне сейчас казалось… Поставлю завтра пакет возле контейнеров, кто-нибудь наверняка заберет хорошие, чистые вещи…
Звякнул телефон, я, не глядя поднесла его к уху, надеясь, что это Майкл — обычно он звонил именно в это время.
— Алло? — я уселась среди груды одежды, — Слушаю!
— Здравствуй, милочка, — промурлыкала Клавдия и я отодвинула телефон от лица, будто она могла меня испачкать, — Как твои дела?
— Зачем вы звоните? — с ненавистью спросила я, — Что вы хотите еще от нас?!
— Ну от тебя я точно ничего не хочу, — усмехнулась Клавдия, — Ты мне вообще не интересна…
— Взаимно. — выдавила я, бросить трубку или все выслушать, что она еще придумала своей больной головой, — Зачем звоните?
— Передай Казанцеву, что, если он хочет побыстрее выйти оттуда, где сейчас находится, — Клавдия говорила медленно и спокойно, — И к тому же продолжать работать в клинике, то… — она замолчала.
— То что? — не удержалась я, — Что еще?!
— Что еще? — передразнила меня Клавдия, — Тебя, милочка, не учили, что с людьми нужно говорить уважительно?
— Ха! — съязвила я, — Простите, меня еще учили старших уважать, но вы почему-то об этом не вспоминаете. Я забыла, насколько вы меня старше, а?
— Не хами мне, — резко бросила Клавдия, — А то как бы потом извиняться не пришлось! Короче, Казанцеву придется выслушать меня и … принять мои условия. Заключить сделку.
— И какие же эти условия?
— Не твоего ума дело, это я буду обсуждать с самим Казанцевым и его адвокатом. Твоя задача — передать ему, что мне нужно с ним поговорить. И все… — протянула насмешливо Клавдия, — Спокойной ночи, милочка.
Клавдия лежала на своей роскошной кровати в стиле какого-то там Людовика, с золотыми ножками в форме львиных лап, и смотрела в потолок. У нее болела голова и не помогало даже широко разрекламированное обезболивающее.