- Глеб, не сходи с ума. Парнишка он симпатичный, но не стоит того, - сказал Родион, подняв руки вверх, как только увидел в моих оружие.
- Я сам решу, кто и чего стоит. А теперь вы выслушаете мои требования.
Парни напряглись, и хотя внутренне я сам не сильно верил, что могу выстрелить в человека, но смотрел на них так, что в их головах не пролетело и сомнения насчет верности моих слов. Инстинкт самосохранения работал на отлично.
- Вы перестаете общаться с Вадимом, даже смотреть его в сторону, и через неделю уезжаете из города.
- Ты спятил Глеб! Как мы сообщим это родителям?
- Это не мои проблемы. Но если этого не случиться и через неделю вы все еще будете в городе – я приду в гости каждому из вас.
- Ты бредишь, - сказал один из троих парней.
- Возможно, - не стал спорить я. – Хотите проверить? Никто не мешает.
- Ты не сделаешь этого. Мы пожалуемся директору школы о том, что ты творишь!
- Я с ним уже нашел общий язык. К тому же на мой стороне будет Вадим, и расскажет, что вы творите, - сам я в это не особо верил. Одно дело, признаться в том, что тебя хотят трахнуть трое парней мне, а другое - всему городу.
- Все равно – не убьешь, - поймал собственную уверенность Родион.
- Я не пойму, вам так сильно хочется умереть? – тяжело вздохнув, произнес я. – Моя жизнь меня мало волнует. Пусть меня посадят, но я сделаю так, как считаю нужным, и моя совесть будет чиста.
- Хорошо, Глеб. Но давай мы останемся в школе. Все год… мы не будем лезть к Вадиму. Нужен он нам! – сказал мне один из парней, что стоял справа от Родиона.
- Возможно и так, что не нужен, - кивнул я, соглашаясь. – Но я не могу знать этого наверняка и пришел сюда не вести светскую беседу, а указать вам, что делать дальше, чтобы жить.
- Ты спятил, - с каким-то благоговением произнес другой, и я увидел, как он тянется к карманам своих джинс.
- Я влюблен, - ответил ему, и показал, чтобы он держал руки наверху. – А теперь разговор закончен.
Я выстрелил из пневматического пистолета. Я знал, что оставить их без следа нельзя, иначе они вернутся, не поймут серьезности всего разговора или просто решат, что я блефовал (хотя частично так и было, я просто сам не знаю, на что способен ради Вадима), и начнут играть со своей гордостью, пойдут на попятное.
Выстрел пришелся между Родионом и парнем слева от него. Благо они стояли относительно далеко друг от друга, и я не попал ни в одного из них. Зато парни испугались и пригнулись, дав мне время сбежать, скрыться в одном из поворотов. Я услышал, как кто-то закричал, чтобы дети не баловались и дали спасть честному народу. Другой мужчина рявкнул насчет бомбочек и своего мнения о них.
Только дома я унял дрожь в коленях и в теле, немного успокоившись. Теперь я почему-то был уверен, что проблема с Родионом и его друзьями решена, и даже если они не уедут из города, то все равно не будут лезть к Вадиму. А именно в этом и заключалась моя миссия.
44. Лучший. ПОВ Глеба
Следующий утро было самым лучшим в моей жизни, по крайней мере, на данный момент. Я встретился с Вадимом, и мы вместе пошли в школу, которую прежде я не очень-то и любил, скорее, мне нравилось получать новую информацию, но с любимым все становиться красочней и красивей.
Он явно был удивлен тому факту, что даже в мое отсутствие к нему не лез Родион со своей компанией, но Вадим мне ничего по этому поводу не сказал, даже если у него появились какие-то подозрения на этот счет.
Естественно, что Родион и его друзья все же решат позже подойти ко мне с надеждой на мое смягчение и разрешение остаться в нашем городе, и мне придется это позволить, пусть и не сразу, помучиться им никто не запрещает. Мой брат сегодня вечером, наконец, нас покидает, уезжая обратно к себе в город, что не может не радовать, и это расстраивает, ведь прежде мы хорошо общались…
Нужно с Ромкой помириться.
Потом мы с Вадимом пошли к нему домой, и сейчас он сидит передо мной, усиленно пытается сосредоточиться на уроках, в то время как я целую его руки. Каждый пальчик по отдельности, и между ними тоже, иногда вожу языком по ладошке и он нервно дергается, краснеет. Просто моя личная прелесть, мой милашка.
- Глеб, перестань. Если ты не собираешься решать физику – это твои проблемы, но не мешай хотя бы мне.
- Ты же этой рукой не пишешь, и она не участвует в процессе решения задач по физике, - ответил я ему незамедлительно, так как лишаться самой вкусноты не желал.
Вадим тяжело вздохнул, понимая, что отвязаться от меня у него не удастся, и продолжил заниматься. Когда в ход пошла математика, я все же отпустил руку Вадима, отчего парнишка вздохнул с неким облегчением вперемешку с тонкими нотками расстройства, которое он попытался скрыть.
Я же, так как делать мне более было нечего, стал сворачивать тонкие тетради Вадима в подзорные трубы.
- Хватит. Иначе то, что ты сделаешь со следующей тетрадкой – я сделаю с тобой, - попытался запугать меня мой любимый.
