– Леш, тут и сомневаться нечего, охота шла на вас двоих. Ну кто же мог знать, что ты окажешься крепким орешком? И что фигуристые дуры тебя привлекают не больше, чем, скажем, актрисы прошлого века.
– Ну-у, не скажи. Некоторые актрисы прошлого века чудо как хороши! И я бы с удовольствием с какой-нибудь из них познакомился поближе!..
Дмитрий улыбнулся весьма ядовито.
– Чтобы всласть поболтать о старом кино?
– Ну-у, и это тоже! Может быть, и не только…
– Глупенький ты, Леха, хоть и умный. Тебе полк невест понавезли, живых и соблазнительных, а ты о кино да поболтать. Неужели ни с одной ты бы не…
– Да Господь с тобой, Дим! Они же тупые, как пробковое дерево. И желаний вызывают не больше, чем пробковое дерево!
«И это говорит мужик в тридцать три года! Наверное, именно таких и набирают в монахи…»
– Лешка, ты, случаем, в аскеты не записался, а?
Алексей ухмыльнулся.
– «Отнюдь, сказала герцогиня»… Просто весь этот мясной ряд – он для тинэйджеров. А на мой вкус, у женщины должно быть и кое-что в голове. Ну, чтобы я ее захотел по-настоящему.
– А твою фею, Ирину, ты бы захотел?
– Ты знаешь, да! Я б ее еще тогда, в четверг, к себе бы отвез…
– Так что ж не отвез?
– Не решился, обидеть боялся. Поверь – эти вчерашние киски и Ира… Они совершенно разные, ну ничего общего!
– А Жанна?
– Да, Жанна… Она вполне. Думаю, она тоже не такая. Если бы она появилась раньше… Может быть, я бы и смог с ней…
– Раньше?
– Да, до Ирины. Не могу тебе сейчас объяснить этого, дружище, сам еще не понимаю. Вот я разговариваю с Жанной, вроде так хорошо, славно. Она понимает меня. Но… Иногда вдруг я вижу, что она не слышит. Ну, как будто рядом телик: бормочет, а думает о чем-то своем…
«Ох, девочка, где ж ты так проколоться-то успела? Умная вроде, а тут так сглупила… Ай-яй-яй…»
– Тебе показалось, наверное, Леш…
– Да хорошо бы, брат. Хорошо бы, чтобы показалось.
«Наверное, надо ему все-таки попытаться глаза-то открыть. Может быть, и весь этот раут умным Рябининым-старшим был затеян только для того, чтобы девицу крепче к сыну привязать. А заодно уж попробовать и младшенького как-то пристроить. Плохо только, что если я начну все это Лехе излагать, то друга потеряю почти наверняка. Да и он ничего не получит взамен. Разве что жену, которой он нужен будет только как банкомат».
Алексей, глотнув почти холодного кофе (ну как же без Димкиной смолы-то прожить?), продолжил рассуждать:
– И еще одно меня беспокоит, Дим. Как Жанка-то на этом рауте оказалась? Она вроде обычный человек, работает, дома не сидит, в потолок от безделья не плюет. Даже хвасталась, что ей удалось скопить на квартирку – дескать, купила, а отделать-то толком не успела, да и обставила только самым необходимым. Может, ее родители, конечно, с моими знакомы… Но она-то, вроде, самостоятельная уже давно.
Тут уже Дима сдержаться не мог.
– Скопила, говоришь, на квартирку? Вот расскажи мне, дружище, как нормальной работающей женщине, пусть работающей трижды хорошо, удалось за пять, пусть за семь лет скопить на квартирку?
Алексей пожал плечами – он не очень представлял себе уровень цен, но реакция Димки заставила его задуматься.
– Ну, не знаю, может, родители кое-что подбросили…
– Леша, глаза разуй! И калькулятор в руки возьми, если мозгов не хватает!
– Ну, значит, у нее зарплата выше…
– И машинка, поди, есть?
Алексей кивнул. Сеанс разоблачений, оказывается, это штука весьма неприятная, к тому же лишающая даже ростков иллюзий. А вот Димку, похоже, уже было не остановить.
– И привел ее к тебе в кабинет твой дядюшка. И велел опытом делиться, шефство взять… Так? Чего ж тебе еще, гений ты наш?
– Так… Но что ты хочешь сказать?
– Я хочу сказать, что тебе изящно сделали предложение, от которого ты не отказался. Что твой папаша в скором времени получит невестку, на брак с которой с удовольствием тебя благословит. И что с еще большим удовольствием разделит фирму на три части – согласно им же самим писанному рескрипту.
– Нет, брат, не может быть, что ты прав! Прости, но не может! Не верю я в такое… Не может быть, чтобы Жанна… Вот так, только расчет и ничего больше?..
– Я с удовольствием окажусь неправ, Лешка, честное слово. И с удовольствием выпью на вашей свадьбе – если ты сам убедишься в своей правоте и моих заблуждениях!
От слова «свадьба» Алексей вздрогнул. Думать об этом ему хотелось еще меньше, чем о девичьем коварстве вкупе с расчетливостью.
