— У меня нет другого выхода… Хорошо, давай испытаем на Николаусе, если поможет, то приступим к остальным, всех разом лишать разума опасно…
Вожак привел ко мне полукровку и я взяла у него кровь. Смешала с корнем, который хранился в корзинке на полке. Запах был кошмарный… Я еле удержала рвотный рефлекс. Отправилась к Николаусу, не представляя, как он это будет пить.
— Вы это серьезно? — прохрипел он, посмотрев на меня и Маркуса. У Ника испарина проступила на лбу. Ему стало хуже. Пока я нашла решение проблемы десять волков скончались. — Я же с трудом контролирую звериную сущность, а это вообще лишусь разума… Я даже не вспомню о том, что творил… А если что-нибудь пойдет не по плану, и я убью своих же? — насторожился оборотень.
— Послушай, Ник. Ты мне нравишься. У тебя добрая душа, не хочу, чтобы ты умер, — проговорила я, погладив его по щеке. — У нас все получится.
— Кажется у меня галлюцинации… Ты ведь не всерьез это сказала? Добрая душа? Не смеши меня… Для людей я убийца, как и все остальные волки. Я отнимаю жизнь не задумываясь, не сожалея… У меня нет души… Я ведь не человек, — хмыкнул он, накручивая пряди моих волос себе на руку.
Маркус бросил на нас ревнивый взгляд, сжал кулаки до хруста.
— Мы примем меры предосторожности. Закуем тебя в цепи, чтобы удержать на месте. Если вырвешься, то полукровки тебя остановят, — ледяным тоном сказал вожак.
Николауса привязали к дереву, посадив на прочную, толстую цепь. Я протянула ему чашку с противоядием. Оборотень поморщился от отвращения, делал быстрые глотки. Когда выпил все до дна, его передернуло.
— Какая гадость. Неужели, нельзя было придумать что-нибудь повкуснее? И почему именно в ночное время? Не лучше ли выпить днем, когда ипостась нельзя сменить? — завалил меня вопросами Ник.
— Противоядие начнет действовать только тогда, когда ты примешь волчье обличье. Так что смени ипостась, чтобы я поняла, начался процесс или нет. И Ник…
Постарайся вернуть свой разум как можно быстрее, — подмигнула я ему.
— С этим будет очень сложно, но я постараюсь… Хочется сделать тебе приятное… Ты же старалась… Придумала противоядие для своих врагов… Твое доброе сердце тебя когда-нибудь погубит, — проговорил Ник, глядя мне в глаза. Я моргнуть не успела, как он стал волком. Вытянулся на земле, положил морду на лапы и продолжал гипнотизировать меня.
— Как понять, действует или нет? — спросил Маркус, наблюдая за другом.
— Понятия не имею… Даже не знаю, больно ему будет или все пройдет незаметно… — ответила я.
Николаус насторожился, задышал часто и прерывисто, заскулил. Он метался из стороны в сторону, а потом протяжно завыл, да так, что у меня мурашки пробежали по спине. Ник замер, радужка глаз стала насыщенного янтарного цвета. Взгляд стал звериный, шерсть поднялась дыбом. Николаус оскалился, демонстрируя острые клыки.
Я интуитивно сделала шаг назад, улавливая опасность, которая исходила от зверя. Оборотень рычал и бросался из стороны в сторону, но цепь надежно удерживала его на месте. Николаус всячески пытался вырваться на свободу. Когда ствол дерева затрещал, я насторожилась.
— Цепь выдержит силу Ника, а дерево? — уточнила я, посмотрев с беспокойством на Маркуса.
— Проклятье! Надо было его к скале приковывать, — выругался вожак и свистнул полукровкам, чтобы они были готовы сдержать Николауса.
Дерево затрещало сильнее, щепки полетели в разные стороны. Оборотень изо всех сил тянул цепь. В итоге ствол сломался пополам, с неприятным хрустом дерево повалилось на землю. Я судорожно сглотнула. Полукровки бросились в атаку, но Ник ловко всех раскидал в разные стороны. Быстрый… Сильный… Прекрасный… Я перестала дышать, когда Ник набросился на простого оборотня и перегрыз ему глотку, а потом принялся пожирать свою добычу. Полукровки снова атаковали, но потерпели неудачу. Я не могла понять, откуда в Нике такая сила? Он зарычал и бросился в мою сторону. Вспомнила о том, что он говорил… Нельзя бежать… Упала на землю и свернулась калачиком. Но прежде, чем Ник успел ко мне добраться, его сбил Маркус. Вожак зарычал, оскалился и сцепился с другом в смертельной схватке.
От их рычания и клацанья зубов у меня мурашки бегали по спине. Попятилась, стараясь скрыться, но Ник отшвырнул от себя вожака и в один прыжок оказался возле меня. Острые зубы вцепились в мое плечо. Я взвизгнула от боли, но не испугалась. Ник замер на мгновение. Он мог уже разорвать меня на части, но зверь почему-то этого не сделал. Разжал челюсть и отпустил меня. Маркус снова напал на.
Николауса и они кусали и грызли друг друга. Остальные полукровки тоже атаковали.
Впятером завалили Ника, прижали к земле. Оборотни скрутили его цепями и поволокли к горе, чтобы приковать надежней. У меня рубашка пропиталась кровью, рана пульсировала. Я смотрела на Николауса и не могла понять, почему он не убил меня? Ведь Ник лишился разума, им правили инстинкты… Может, друг все же смог найти управу на свою звериную сущность?
