– День, один в году, в который можно обратиться ко всем богам… Или к ним можно обратиться только раз в год? Иннис! Почему ты не рассказала все толком? – в отчаянии вздохнула Алекс. – День, когда открываются врата и можно загадать желание… желание… – тихо бормотала она, набирая запрос на клавиатуре. – Врата и боги… боги и желания… Шотландия и врата богов… Особые дни в Шотландии, черт возьми… Новый год? – Алекс ближе придвинула экран, щурясь и вглядываясь в строчки текста. – В Шотландии ночь с тридцать первого октября на первое ноября считается началом нового года. И? Что у нас тут? Самайн…
Как рассказывалось на украшенной рисунками странице, Самайн был древним кельтским праздником в честь окончания сбора урожая и начала нового года. Позже Самайн стал Днем всех святых, а предшествующая ночь – Хеллоуином.
Огонь, свечи и костры – обязательный атрибут праздника. Между кострами прогоняют скот, и через огонь прыгают люди. Это древний ритуал очищения огнем, когда каждый может стать ближе к богам.
– У кельтских народов, в Шотландии, Ирландии и на острове Мэн, эта ночь и сейчас считается началом нового года… Выходит, через полтора месяца там наступит новый год. И что это мне дает?
Алекс откинулась на подушки и закрыла глаза.
– Одна-единственная ночь в году. Один-единственный раз в году. Одно желание, – прошептала она, – можно загадать только раз в году. Ты это хотела сказать мне, Иннис? Твои боги услышат только раз в году?
Алекс распахнула глаза, глядя на потолок, где блестела стеклянными цветами так и не включенная люстра.
– Тогда, может быть?.. – Она резко села, тут же снова хватаясь за грудь и морщась. – Может быть, они услышат меня? В ночь на Новый год они услышат? Может такое быть?..
Девушка умолкла, когда в дверь тихо постучали и раздался голос домработницы:
– Вы не спите? Олег Викторович приехал. Хочет увидеться с вами. Александра Олеговна, вы не спите?
Как бы она хотела, чтобы так и было, но пришлось отозваться и сказать, что сейчас выйдет к отцу. Кутаясь в длинную кофту, Алекс медленно спустилась по лестнице на первый этаж и остановилась у входа в гостиную. Глава их странного семейства смотрел в окно, привычно сложив руки на груди. Словно почувствовав приход дочери, мужчина обернулся. Он окинул Алекс внимательным взглядом, затем прошелся по комнате и сел в кресло.
– Не разбудил? – Жестом Олег Викторович предложил дочери сесть напротив него, на один из диванов.
– Нет, – отозвалась Алекс, тенью подходя к дивану и опускаясь на краешек.
– Рад, что ты в порядке, – проговорил отец, откидываясь на спинку кресла.
В порядке? Алекс смотрела мимо сидящего напротив мужчины, на горевшие в камине поленья. Золотистые искры поднимались вверх, вызывая болезненную тоску и напоминая полюбившийся камин в нижнем зале Бренгарда. Сердце снова сжалось, стоило Алекс вспомнить мужа, который так любил останавливаться возле каминной полки и опираться на нее рукой. Где сейчас Кай? Думает ли он о ней? Тоскует ли в разлуке так же неистово, как и она?
– Не хочу утомлять тебя долгими разговорами, – ворвался в ее мысли голос отца.
– Что?.. – Алекс поняла, что пропустила половину из сказанного им.
– Если тебе больно или хочешь лечь, то перенесем на другой раз, – предложил отец.
– Нет. – Кажется, сегодня она могла отвечать только односложно.
Но с чего это отец сегодня так отзывчив и внимателен? Чувствуя подвох, Алекс насторожилась.
– Как я уже говорил, обстоятельства сложились так, что я не смог навестить тебя в больнице. Вынужден был прислать Наталью. Некоторые неотложные дела требовали моего постоянного присутствия в офисе. Сама понимаешь, что порой все происходит одновременно, словно назло. – Глава семьи поправил галстук, выдавая тем самым скрываемое беспокойство.
А точнее, то, что речь явно была заготовлена и произносилась для дочери в надежде убедить ее в добром расположении. Но сейчас Алекс было не до наблюдений за отцом. Хотелось поскорее закончить разговор и вернуться к себе.
– Я разговаривал со следователем, – тем временем продолжил Олег Викторович, – они топчутся на месте. Полагаю, что тебе лучше всего находиться здесь, в доме, и не оставаться одной. Думаю, что месяца хватит, чтобы немного окрепнуть.
– Для чего? – сам собой вырвался вопрос у Алекс.
– В начале ноября я и мой партнер планируем запуск нового проекта, – охотно пояснил отец, – мне придется уехать. Во Франции пробуду около двух лет. Поэтому заберу тебя с собой.
– Я не хочу! – Алекс резко поднялась с дивана, тут же хватаясь за грудь и прерывисто выдыхая.
Отец вскочил и бросился к ней.
– Нет, – жестом отказалась от его помощи девушка, – я никуда не поеду. Мой дом здесь. Все что нужно, это чтобы меня оставили в покое!
– Не волнуйся, – отец примиряюще отступил, – времени предостаточно. У тебя есть возможность отдохнуть и все обдумать.
– Мне не нужно ничего обдумывать, – не согласилась с ним Алекс. – Я останусь здесь, в своей квартире, и никуда не поеду! С чего ты вообще завел этот разговор о переезде? Зачем? Столько лет тебе не было до меня дела!
