Вдруг раздалось дикое шипение и следом нечто вцепилось в ногу колдуна острыми когтями, едва не заставив взвыть. Он кинул злой взгляд вниз, понимая, что ненароком наступил на хвост своему черному коту. Пушистый зверь, оскорбленный подобным неуважением, пытался освободиться и, едва это удалось, немедленно бросился наутек от сердитого хозяина.
– Зейн! – позвал Ирвин. – Зейн! Отзовись же, проклятый мальчишка!
Тяжелые удары молота по наковальне были ответом колдуну, терявшему терпение.
– Входи! – раздался громкий голос сына кузнеца, и работа снова продолжилась.
Ирвин с силой толкнул ворота, которые, к его досаде, все это время оставались открытыми. Мужчина уже ощущал жар от печи и не рискнул приблизиться к угрюмому юноше, взмокшему от усилий. Его белая рубаха давно потеряла цвет, став серой тряпкой. По всему было видно, что парень зол как лерн! Наверняка снова поспорил с отцом. И почему он не понимает, где его истинное место, в чем магия его бесценных рук?
Колдун прошел к длинной скамье у забора и там увидел нужную ему вещь. Урмах – алтарь, смастеренный им из темного дерева, сверкал чеканной оправой. Она была покрыта замысловатыми узорами и закреплена на круглой основе ровно двадцатью семью гвоздями и ни одним больше, как и полагалось по особому ритуалу.
Недавно поврежденный алтарь был отдан Зейну в надежде на починку. Теперь глаза Ирвина восторженно загорелись. Прекрасная работа, как всегда безупречно! Мужчина провел ладонью по металлической оправе, чувствуя под пальцами нанесенный рисунок.
– Я благодарен, – проговорил Ирвин, краем глаз замечая ухмылку на загорелом мокром лице юноши.
– Говорил же, что будет готово! – проворчал Зейн.
– Однажды ты будешь великим, сын кузнеца, – задумчиво проговорил колдун, поднимая со скамьи урмах. – С оружием в руках, как и мечтал мальчишкой, хоть и не станешь воином. И великие победы будут вершиться благодаря тебе. Потому как поймешь, что победа рождается здесь, в руках мастера.
Зейн только покачал рыжей головой в ответ на слова Ирвина.
– Не смей сомневаться, юнец… – Колдун почесал седеющую бороду.
Прихватив свое сокровище, Ирвин тенью выскользнул за ворота. Не успел он сделать и нескольких шагов, как услышал грохот копыт. Всадники приближались, и колдун отошел с дороги к колодцу. Прижимая к себе урмах, он наблюдал, как отряд воинов проследовал к дому старосты. Были среди них и сам хозяин Бренгарда, и его помощник Бун. Мрачные лица воинов подстегнули желание Ирвина побыстрее оказаться в своем убежище на окраине деревни.
Рыжий Бун оглянулся, заметив колдуна, но окликать не стал и продолжил разговор с Вилредом.
– Мы недавно оттуда вернулись! – проворчал здоровяк. – Почему ты снова глядишь в сторону холмов?
Кай не ответил.
– Кай, ты должен немного отдохнуть, – продолжил воин. – Побереги силы. Госпоже не понравится, когда по возвращении она найдет не мужа, а костлявого лерна с торчащими ребрами и впалыми щеками! Давай вернемся в замок, Кай. Ну же.
– Не могу, – глухо отозвался Вилред.
Истоптанная лошадьми дорога терялась среди холмов, ведя к границе Трех Ручьев. Уже несколько дней Кая не покидали тревога и чувство, что он находится вовсе не там, где должен был. Казалось, последнее время он просто ходил кругами, будто зверь на цепи, и никак не мог определить, куда же кинуться.
Оставаясь в седле, Бун наклонился вбок, чтобы быть ближе к своему господину, и тихо проговорил:
– Кай, люди начинают болтать. Для меня это не имеет значения, я всегда с тобой. Но сейчас возвратись хоть ненадолго. Прошу.
Вилред повернул коня в сторону замка, но животное, словно чуя настроение хозяина, отказалось подчиниться.
– Неспокойно мне, – сказал Кай другу, пытаясь усмирить коня. – Я должен вернуться. Чувствую, что должен. Но не в замок. Прости, Бун…
Развернув коня, Вилред направил его к холмам.
Сегодня она как никогда чувствовала себя Золушкой, постоянно глядя на наручные часы. Когда они с отцом прибыли на вечер, казалось, что не было ни одного человека, который не проводил бы их взглядом. Неимоверно сложно было не слышать шепотков за спиной. Конечно же многим было известно о «таинственном» исчезновении младшей дочери Олега Тополева и при каких обстоятельствах она была найдена.
Алекс ослепили вспышки камер, когда они с отцом оказались у символической урны, в которую необходимо было опустить чек. В том же своеобразном ритуале с последующей фотосъемкой приняли участие все гости благотворительного вечера. Сегодня приглашенные соревновались в количестве нолей на чеке, что играло на руку устроителям торжества. Алекс велела себе держать спину прямо и даже улыбаться, лишь бы отец скорее оставил ее в покое. Пусть думает, что она и правда рада присутствовать здесь.
Пришлось вытерпеть церемонию представления знакомым отца, а также его деловому партнеру. Алекс терпеливо принимала пожелания здоровья и комплименты по поводу ее сегодняшней неотразимости.
