Гадалка оказалась красивой яркой женщиной, совсем не пожилой, как представляла себе Тория. Расшитое золотом платье смотрелось не хуже, чем наряд принцессы, а голову украшала золотая фероньерка со сверкающими топазами.
Мадам взяла руку Тории и закрыла глаза. Она стала медленно раскачиваться и напевать невнятную мелодию. Так продолжалось довольно долго, и Тория хотела уже убрать руку, но глаза мадам Олуаль вдруг распахнулись, и принцесса вздрогнула от страха. Зрачков не было, как и радужки. Абсолютно белые очи слепо смотрели в никуда.
— Твой малыш ждёт.
— Чего ждёт?
— Своего отца.
Тория не знала, что это может значить, но уточнить не решалась.
— Вижу смерть. Сначала одну. Важную. Потом много. Ты потеряешь всё. Но обретёшь главное. Найдёшь своё счастье, только когда сломаешься. Иди. И помни: чем сложнее путь, тем ценнее награда.
Тории показалось, что её окатили ледяной водой. Страх сковал тело, и на негнущихся ногах она поторопилась прочь из шатра, стараясь не выдать своё состояние гостям.
Ивор. Карнавал
Я танцевал с незнакомкой, кожей ощущая её неповторимую ауру. Она держалась с королевской грацией, а двигалась легко, словно ничего не весила. Мою необычную эйфорию прервал Максий. Он не участвовал в карнавале и знал, как я выгляжу. Зайдя в зал, нашел меня среди танцующих пар и подал знак рукой. Музыка как раз закончилась.
— Прошу прощения, вынужден ненадолго вас покинуть, — я склонился и поцеловал её руку, чуть погладив кисть подушечкой большого пальца.
— Очень жаль. Возвращайтесь.
— Непременно.
За дверью лицо Максия приняло тревожное выражение:
— Сюда, Ваше Высочество, скорее.
— Что случилось?
— Вернулся некромант с каменоломен. Едва живой. Все полицейские погибли. Но это ещё не все новости.
Мы дошли до малой гостиной. Блэксон Коэн лежал на диване. Его одежда была разорвана и клочьями свисала с плеч и колен.
— Барон Коэн, не обращайте внимание на мой внешний вид, это иллюзия для карнавала. Докладывайте. Что произошло? Не вставайте, прошу.
— Ваше Высочество! — некромант приподнял голову с подушки. — Там полчища нежити! Они скоро доберутся до Окса! Они всех съели, всех!
В глазах некроманта стояли слёзы.
— А вы? Вы что, не могли их упокоить?
— Их слишком много, Ваше Высочество! Я еле ноги унёс!
— Они же были в котловане. Они что — выбрались?
— Мы дошли до котлована. Я не успел начать работу по упокоению, как прямо из недр горы на нас двинулись другие мертвяки. Мы смогли убить несколько десятков, прежде чем...
Блэксон закрыл глаза руками.
— Что произошло дальше?
— Я сбежал, Ваше Высочество! Надо закрывать город! Если они двинулись за мной, то будет беда!
— Город? У нас же ещё несколько деревень между Оксом и каменоломнями.
— Деревни в стороне. Если нежить пошла за Блэксоном, она уже могла войти в главные ворота. Я предупредил стражников, чтобы их закрыли. Ваше Высочество, ими кто-то управляет, я уверен!
— Это вполне логично. Значит нам нужны сильные некроманты.
— Я, к сожалению, истратил весь резерв.
— Не хотелось бы беспокоить сейчас отца, но надо ему написать, пусть пришлёт некромантов через затяжной портал.
— Ваше Высочество, это как раз вторая неприятная новость, — "обрадовал" меня Максий. — Император прислал срочное распоряжение закрыть портал.
Я нахмурился:
— Почему?
— Там прорыв нечисти.
— Да что происходит? Максий, распорядись, чтобы Блэксону выделили покои и прислали лекаря.
Лорд Орсон кивнул и вышел передать приказ.
— Блэксон, что вы думаете? Откуда там нежить?
Некромант ответил слабым голосом:
— Ваше Высочество, такие масштабы похожи на... диверсию. Или даже войну.
— И кто, по-твоему, нам угрожает?
— Не могу знать, Ваше Высочество.
Я вышел в холл и сказал Максию:
— Гости ничего не должны заподозрить. Бал скоро закончится. Соберёмся для совещания в тронном зале. Убедись, что вся стража и полиция в городе предупреждена об опасности.
Лорд Орсон кивнул. А я вернулся к гостям.
Тория
Перед балом Винцент бесился:
— Что за законы такие? Это же дикость, соблюдать настолько древние традиции! Не вздумай там с кем попало целоваться! Поняла? И я должен знать, какая у тебя будет иллюзия!
— Винцент, успокойся. Это всего лишь озорной праздник. Если хочешь, я расскажу тебе, какой у меня образ. Но тогда и ты должен рассказать. И проведём время вдвоём, — попыталась я утихомирить мужа.
— Ладно, наверное, так будет неинтересно. Не будем выдавать свои костюмы.
Я вздохнула. Винцент часто ревновал меня на пустом месте.
По пути в Окс я вспомнила то утро, когда все мои наивные надежды и мечты о любви распались словно карточный домик.
В тот вечер Винцент не пришел в нашу общую спальню. Так иногда бывало. А утром, когда я вышла на раннюю прогулку в сад, я увидела его, выходящим из покоев леди Фионы Дан Жан, моей первой фрейлины, и, как я считала, подруги.
Почему-то не Винцент, а я спряталась за шторой, безумно боясь, что он заметит. А потом плакала в саду, обнимая единственного, как оказалось, верного друга, большого белого пса Эльса. В тот вечер во дворце гостили родители, и, улучив момент, я рассказала про своё открытие маме.