Это они дезертиров отлавливают? То, что он шёл прямо за нами, слегка напрягало. Я так и не научилась спокойно воспринимать левых солдат, казалось, от них постоянно исходит угроза. Особенно, когда они лезут копаться в моих документах. Я оглянулась — парень резко подёргал дверную ручку туалета.
— Там уже давно кто-то заперся, — к нему подошёл фельдфебель. — Откройте дверь, или нам придётся её сломать! — Ну чего ты встала, пойдём, — поторопил Вилли, но услышав громкий треск двери, тоже оглянулся.
— Ваши документы.
В туалете пряталась молодая женщина с мальчиком лет трех. Она немного растерянно смотрела на мужчин:
— Вы пугаете моего сына. Разве я что-то нарушила?
— Это обычная проверка, фрау, не задерживайте ни себя, ни нас. Покажите ваш паспорт и детское свидетельство.
— Меня ограбили на вокзале, все документы остались в чемодане, — напряжённо ответила она, прижав к себе ребёнка .
Вроде на еврейку она не похожа и говорит без акцента, но эти невербальные жесты и чуть дрогнувший голос выдавали её страх.
— Прошу вас пройти с нами, — в вежливом тоне фельдфебеля мелькнули металлические нотки.
— Я обратилась в комендатуру вокзала, и мне сказали, что документы восстановят по месту жительства, — возразила она, уже не сдерживая нервозности. — Разрешите нам вернуться в купе. Ребёнок устал, и я должна покормить его.
— Повторяю, пройдёмте с нами, — он настойчиво взял её под локоть, слегка подталкивая к двери в тамбур. Мелкий, не понимая, что происходит, начал хныкать. Вильгельм резко отодвинул тяжёлую дверь купе и дёрнул меня за руку, прошипев:
— Тебе особое приглашение нужно?
В купе сидела какая-то тётка и неодобрительно поджала губы, глядя, как мы препираемся на пороге. Вилли забросил мой ранец на полку и недовольно шикнул:
— Обязательно было смотреть на них? В следующий раз проходи куда шла.
— Что там за шум? — прислушалась женщина.
— Всё в порядке, обычная проверка документов, — натянуто улыбнулся ей Винтер.
Дождавшись, пока он выйдет, женщина презрительно скривилась:
— Первый и последний раз я посещаю эту варварскую страну. Постоянные задержки на вокзалах, пьяная солдатня в соседних вагонах, а теперь ещё, возможно, в поезде разгуливают шпионы.
«Ну и чего ты тогда поперлась в Россию?» — подумала я.
Судя по дорогому шёлковому платью и жемчугу на шее и в ушах, дамочка явно не бедная. Жена какого-нибудь генерала? Она бросила на меня оценивающий взгляд, словно решая, достойна ли я разговора, но, видимо, скука победила, и через полчаса я уже знала о ней практически всё. Фрау Лемм действительно оказалась женой полковника, приехала в Минск навестить мужа, но быстро стухла в «варварской стране» и теперь с радостью возвращается домой к милым деткам.
— А что насчёт вас? — улыбнулась она.
— Еду в отпуск, — коротко ответила я.
— На вас военная форма, неужели вы служите в армии?
Нет, блядь, еду с тематической вечеринки. Моё молчание фрау не смутило, она продолжала щебетать:
— Это так необычно — девушка на фронте. В каком полку вы служите?
Я нехотя ответила и получила новый шквал вопросов.
— Не представляю, что может делать такая хрупкая девушка в штурмовой дивизии.
— Я переводчик.
Ну, не настроена я сейчас на милое общение. Мозги кипят, продумывая все детали и версии для подстраховки, если я в чём-то всё же проколюсь. Всё-таки Фридхельм как бы меня ни любил, как выяснилось, прекрасно умеет подмечать мои косяки, а Вилли дай только повод сомневаться. Каждый раз, когда я натворю дел, чуйка настойчиво подсказывает ему, что не всё так складно как я рассказываю. Порой мне казалось. что он всё-таки раскроет, кто такая фройляйн Майер, ведь для этого достаточно струсить с меня адрес и написать моему «папаше» или посильнее надавить на меня, пригрозив сдать на допрос в гестапо. Конечно, он по возможности прикрывает меня ради Фридхельма, но я так подозреваю, узнай, что я чистокровная русская, да ещё и веду втихую подрывную деятельность, всё-таки сдал бы меня куда следует. Я даже не уверена, как бы в таком случае поступил Фридхельм.
— Да вы что? — она изумлённо вскинула брови. — Милая, я вам так сочувствую. Каждый день иметь дело с этими неотёсанными дикарями? Я бы так не смогла. Мой Вольф предложил выбрать одну из этих девок няней к нашим ангелочкам, так я такое ему устроила! Чтобы моих детей касалась какая-то грязная крестьянка? Мужчины ничего не понимают в этом, согласны?
— Угу, — кивнула я, думая, что ещё на сутки меня не хватит слушать этот бред. — Простите, но я недавно выписалась из госпиталя и хотела бы прилечь. Голова разболелась.
— О, конечно, — сочувственно закивала она.
