Конечно, можно предположить, что у мужа действительно вообще нет денег, и поэтому он ничего не купил Даринке. Но после разговора с сестрой о Несторе Левитине, она сомневалась, что тот не дал бы ему хоть какую-нибудь маленькую премию, если бы Юрий объяснил для чего. Просто муж в очередной раз не подумал о том, что свою дочку (Снежана уже даже не берёт в расчет и себя) хоть маленькой безделушкой побаловать. Зачем? Он никому ничего не должен. Это весь мир должен ему. Особенно она, Снежана. И ведь до недавнего времени она этого не понимала и не замечала! А теперь готова волком выть…
***
Она так погрузилась в свои мысли, что не услышала приближение Юрия. Просто сидела, гладила кота, что совсем недавно прыгнул к ней на колени, и старалась отвлечься мыслями о работе.
Юрий подошёл, вальяжно плюхнулся рядом с нею и улыбнулся. Хотел обнять её одной рукой на плечи, но Снежана повела плечом, а потом отодвинулась, не забыв наградить его сумрачным взглядом. Естественно, он этого не заметил. Или, как всегда просто решил проигнорировать.
– А где Даринка? – чуть ли не мурлыча, спросил он.
– У Киры, – кратко ответила Снежана, стараясь погасить в себе волну раздражения.
– О! Это хорошо. Слушай, дай пятихатку, а? Пойду с Колькой посижу, отдохну. А завтра, пока меня опять не заберут на работу, я посижу с Дариной. – И главное лицо состроил такое жалостливое, будто у церкви просил милостыню.
Снежана медленно вдохнула через нос, затаила дыхание, а потом так же медленно выдохнула. Не помогло успокоиться. Нет, уже не просто раздражение клокотало внутри неё, злость бурлила не хуже лавы в жерле вулкана. Она осторожно переложила кота рядом с собой, встала на ноги. Осмотрелась вокруг в поисках чего-то тяжёлого.
Юрий в это время не сводил с неё заинтересованного взора. И был таким спокойный, что легко можно было определить: он не понял, что его ожидает в ближайшее время.
Ничего подходящего не увидела. Сжала кулаки, выдохнула и решительно повернулась к мужу лицом. Смотря на него исподлобья, заговорила, чеканя каждое слово:
– Я была дурой, что впустила тебя сегодня. Пожалела. Понадеялась, что ты хоть немного подумал над своим поведением и сделал хоть какие-то выводы. Но, нет. Ты упорно думаешь только о себе любимом. Хочешь посидеть с соседом? Вали! Но, чтобы твоей ноги больше не было в моем доме! И во вторник я пойду в суд подавать на развод.
Выдохнула. Почувствовала, что тело будто знобит. Но это всё нервы.
Юрий сидел и растерянно моргал.
– Снежана, ты чего? Я же тебе рассказывал как там тяжело. Я же тебе пообещал, что посижу завтра с дочкой. Дай сегодня отдохнуть, как нормальному человеку, – обескуражено произнёс он.
Снежана иронично хмыкнула.
– Значит, я не устала по твоему, да? Всю неделю ходила на работу, занималась домом и ребенком. И я не устала? Не хочу тоже отдохнуть? – повысила она голос.
– Но ты же вот сейчас сидела и ничего не делала, – заметил он с нотками обвинения.
– А ты почти весь день проспал!
– Но я же всю неделю вкалывал как мул!
Снежана запрокинула голову и беззвучно рассмеялась. Нервное. Передернула плечами. Успокоилась. Посмотрела на мужа разочарованно и устало.
– Разговор глухого с немым, – невесело хмыкнула она. – Проваливай, Юр.
– Но это и мой дом тоже! – осмелился возразить Юрий.
Снежана вновь хмыкнула. Вспомнил. Жаль.
– Этот дом покупался на мои деньги. Ремонт тоже делался на мои деньги. Это мой дом! Мой и Дарины, – со сталью в голосе сказала она.
– Мы его вместе покупали! И собственность у нас общая, – мстительно напомнил он.
– Катись к чёрту! – окончательно разозлилась Снежана.
Сразу же вспомнилось, как сестра предостерегала её от этого опрометчивого поступка – записывать дом и на Юрия. Но она же тогда только отмахнулась от Дианы. У них любовь до гроба! И, конечно же, Юрий не такой гадкий, как сестра о нём думает! Он никогда так подло не поступит с их дочерью, если, не дай бог, они всё же разведутся. И вот теперь это время настало. И Юрий начал показывать себя во всей красе. А ей, Снежане, только и остаётся что корить себя и кусать локти. Дура, ну точно дура!
Не дожидаясь, когда он соизволит показать ей ещё одну свою малоприятную сторону, Снежана стремительно пошагала к летней кухне. Взяв спортивную сумку, что так и продолжала источать малоприятный запах, она покривилась и на вытянутой руке понесла её к вещам, что висели на бельевых веревках. С отвращением и злобой снимая вещи и бросая их в сумку, она бросала на мужа молниеносные взгляды. Он сидел ошарашенный, словно рыба, выброшенная на сушу, отрывая и закрывая рот. Смотрел на неё, потом вокруг и так до тех пор, пока Снежана не закончила. Потом она взяла сумку в руку и, подойдя к мужу, бросила ему под ноги.
– Проваливай! Я выплачу положенную тебе часть денег за дом. Но чтобы и ноги твоей здесь не было! – яростно выпалила она.
– А Дарина? – всё так же обескуражено спросил он.