— Многое, дитя Сатаны, — мама крепко держит мою ладонь, а я всем телом чувствую её злость, — начнём с того, где ты пропадал всё это время и не приходил с Вики на встречи с отцом, какова была наша договорённость?! Почему вы не общались? Почему я увидела, как Вики резала себе вены в долбанном кипятке? — гортанно кричит мама, а меня начинает трясти от всех её слов. — Почему она ходила убитая по школе, пряча слёзы? Что ты сделал моей дочери? — последний вопрос она шипит отдельно по словам, словно вдалбливая их значение в голову демона.
Люцифер поднимает на неё взгляд, и смотря маме в глаза, выпаливает слова, которые приговаривают его к смертной казни…
POV Люцифер
Что ты сделал моей дочери? Что ты сделал моей дочери? Что ты сделал моей дочери?
Вопрос звенит в моей голове, возвращая в недавние воспоминания…
Сердце будто замирает, воздуха не хватает от слов, которые напомнили, что было с Вики…
И я сдаюсь, не вижу смысла скрывать что-то от Ребекки. Я должен признаться, что сделал больно её дочери и насколько эта болезненная рана была глубоко нанесена на несчастную душу…
— Я затащил к себе в спальню дьяволицу, чтобы она мне отсосала, — похуй на подробности, что я решил не утаивать.
Скорее всего я и жаждал этого момента все два месяца. Молил получить расправы, ведь воротило от самого себя, от непринятия того, что меня простили. Желал судной ночи, которую могла устроить мне только Ребекка.
Мама Вики, словно от пощёчины, отшатывается назад. Выпускает ладонь дочери и смотрит на меня испуганным взглядом, который перерастает в полный ненависти и убийственности.
Тяжелый удар женского кулака прилетает мне в лицо. Ребекка начинает избивать меня, а я только и подаюсь вперёд, прося ударов, да побольше… Прошу этими ударами хоть немного забрать душевную боль, что не даёт мне спокойно жить, которая не отпускает меня, как бы я не старался… как бы не просила Вики… Прошу помочь исцелить меня физической болью, полить грязью, но только бы стало немного легче… Умоляю, это сводит с ума! Сводят с ума грязный поступок, воспоминания и прощение Вики. Она простила меня, но я так и не смог простить себя… И не смогу… никогда…
— Мама! Хватит! — пытается остановить Вики, но только бы Ребекка её не слушалась.
Ещё пару ударов в грудь, и Вики с силой отводит от меня свою маму… Зря, милая, зря…
— Ничтожен! Ты жалок, Люцифер! — кричит Ребекка, не боясь быть услышанной, — так долго ждал родственную душу, чтобы ни черта не ценить её! Тебе нет места даже в Аду, гадкое отродье! Я верила тебе, а ты лишь и можешь делать больно! Ты нисколько не расцениваешь доброту, которую проявляют к тебе, чёртова мразь! Я была другого мнения о тебе, Люцифер! Но ты пал слишком низко в моих глазах!
Честно… легче не стало… сука!
— Мама, прекрати! — перебивает тираду моя милая, — он не хотел! Это было помешательство! Люцифер бы никогда не изменил мне!
Вики… не оправдывай… лучше добавь мне пару ударов, обзови, ответь мне болью! Оставь на мне порезы, дай почувствовать агонию… Спаси меня этим…
— Как ты вообще простила его, Вики? — недоумевает Ребекка, возмущённо вскидывая руками.
— Я не расцениваю это изменой! Да, он затащил к себе шлюху, но, во-первых, они не занимались сексом, а, во-вторых, это были действия не Люцифера!
Так расцени, упрекни меня в этом проступке, Вики! Сделай мне больно, умоляю…
— Да нет мне никакого дела до ёбаного помешательства! — выражается Ребекка, а я благодарю, что она не прекращает, — пора было бы научиться с ним справляться за столько-то тысячелетий! Или решил пользоваться связью с моей дочерью, конечно, куда она уйдёт от тебя?
— Стоп! — надрывно кричит Вики, — я люблю его, мама! Ради меня… прекрати!
Услышав плачь, Ребекка переводит внимание на дочь и… слушается её.
— Я помогала тебе от чистого сердца, Люцифер, не прося ничего взамен, — в глазах Ребекки взаправду читается лишь разочарование, — но ты отплатил… и только болью, потому что на большее не способен. А теперь уходи, я не хочу тебя видеть, — властно чеканит и притягивает в свои объятия плачущую Вики.
И покорно слушаясь, я удаляюсь из приёмной отца, попутно вытирая сочащуюся кровь из разбитой губы.
« — Не лети домой одна, свяжись со мной, и я тебя заберу…» — предупреждаю Вики и плотно закрываю за собой увесистую дверь.
Чувство вины. Вот что гложет меня, несмотря на то, что с Вики у нас всё наладилось. Несмотря на то, что она меня простила. Я вижу её улыбку, слышу смех, наблюдаю за её блестящими глазами, но после вновь возвращаюсь к мыслям, что я сотворил с ней. Чувство вины не уйдёт, воспоминания не сотрутся. Я не сумею отплатить ей за все слёзы и за всю кровь… Не сумею, как бы я не старался.
POV Вики
— Мама, зачем ты так с ним? — трясущимся от слёз голосом спрашиваю, не переставая отвечать на крепкие объятия.
Мама молчит. Лишь тяжело дышит, а сердце её колотится настолько сильно, что готово вот-вот вылететь из грудной клетки.
— Он заслужил… поверь, доченька, мои слова и действия всё равно не произвели должного эффекта.
