— Я не пугаю, — спокойно поясняет, глядя на супругу и пожимая плечами. — Просто ты не должна подвергать себя и ребёнка опасности. Я стараюсь вас защищать, но и ты должна быть осторожна. И так должно быть всегда.
— Я поняла, — Вики осторожно ступает к перилам, засматриваясь на цветение роз. — Мими пригласила меня к себе на выходные. Я согласилась. Как раз стоит наладить отношения после перерыва в общении.
— Только если будешь хорошо себя чувствовать, пойдёшь, — неукоснительно наставляет дьявол, вызывая у жены хитрую улыбку.
— Хорошо, папочка, — молвит нежно королева, но мягкая улыбка в миг исчезает, с уст слетает рваный выдох, а девичья ладошка непроизвольно ложится на низ живота.
— Что случилось? — обеспокоенно спрашивает Люцифер, приблизившись к жене и аккуратно придержав её за спину, боясь, что она может свалиться на пол.
— Малыш пошевелился… — шепчет удивлённо, не скрывая своей счастливой широкой улыбки, кажется, самой настоящей в её жизнях и слёз на глазах, подступивших от такого трогательного момента, которого ожидает каждая будущая мать, вынашивая желанного ребёнка.
Люцифер смотрит в голубые глаза жены, блестящие от слёз, и видит перед собой то порождение истинной материнской любви, о которой так многие твердят. Рядом с ним улыбающаяся родная душа, которая только что почувствовала шевеление их ребёнка. Да, ему никак не понять всего того обширного спектра эмоций, что в момент ощутила Вики. Но это не значит, что он ничего не испытывает. В нём сейчас только сильнее разгорается чувство ответственности за благополучие супруги и ребёнка, а на душе растекается тепло от осознания, что малыш уже стал реагировать на внешние шумы и значит всё хорошо с развитием эмбриона.
— Это так… прекрасно, — слёзы стекают по румяным девичьим щёчкам, которые дьявол смахивает с лица Вики. — Я не знаю, пошевелиться он ещё, но ты можешь положить руку мне на живот, — воодушевлённо протягивает королева, подняв голову вверх, чтобы лучше вглядеться в алые зеница мужа.
— Читал, что ребёнок с месяца так восьмого вовсе не даёт покоя матери, — по-доброму усмехается Люцифер, кладя ладонь на живот жены. — Не радуйся так. Скоро будешь жить в неравной бойне.
— Дурак, — звонко смеётся Уокер, принимая объятия сына Сатаны, который не собирается даже убирать руку с её живота. — Я так счастлива, что у нас будет ребёнок, — шепчет на ухо Люциферу, вставая на носочки.
— Я тоже счастлив, Ви.
А ведь он мог вовсе не застать эти моменты, никогда не увидеть больше радостную супругу и сына, который появится на свет ещё только через пять месяцев. Мог не узреть того, что сейчас происходит, потому что мог умереть. Но умереть, даровав жизнь супруге и своему наследнику, которых безмерно любит. Пусть и не совсем правильной или здоровой любовью, но в этом почти нет его вины. Он только старается и будет стараться оберегать их, защищать от возможных нападок и никогда не обделить их своим вниманием.
Так и малыш отзывается на мысли своего отца шевелением, что чувствует Люцифер, благодарно улыбаясь вселенной.
***
— Какой архитектор строил это здание? — интересуется запыхавшаяся Уокер и облокачивается на шершавую каменную стенку. — Я готова оторвать ему руки за такие высокие ступеньки, — не довольствуется правительница, которая прошло только ступенек двадцать на своих каблуках.
— Он немного не предугадал, что здесь будет ходить беременная королева, которой обычные ступеньки лестницы могут показаться высокими, — посмеивается Люцифер, хватая одной рукой жену за локоть, а вторую кладёт на спину, чтобы помочь Вики добраться до обеденного зала, где состоится ужин с родителями.
— Ты смеёшься надо мной, скотина! — фыркает бывшая непризнанная, которая ещё примерно час назад плакала от шевелений малыша, разделяя этот чуткий и важный момент с так называемой «скотиной».
— Нисколько, любимая, — ухмыляется дьявол, помогая супруге переступать ступеньки. Брать её на руки не стоит, лестничный проход действительно крутой, опасно.
— Так бы врезать тебе, — Вики показывает язык Люциферу, но с удовольствием принимает его заботу, с которой он ведёт её по ступеням. — Я так хочу кушать, — смущённо хмыкает, переступая последнюю ступеньку. — Старый вроде ты, а по лестнице тяжело подниматься мне, — часто дыша, озвучивает королева.
— Сейчас поешь, — дьявол отпускает жену из плена рук, служивших для неё поддержкой, и бережно заправляет ей прядь длинных волос за ухо. — Пошли, — скрепляет девичью ладонь со своей, чтобы повести избранницу по коридору до нужной двери.
Слуга отворил древесную увесистую дверь в обеденную, куда прошла сначала Вики, а потом зашёл сам король. Уокер, завидев маму, сразу же подбежала к ней с объятиями и визгами. Такими детскими, но искренними и чистыми. Ребекка в свою очередь аккуратно прижала к себе дочь, целуя ту в висок.
