— Люцифер, я должна, — он поднял глаза и бросил на меня внимательный взгляд. Он не смотрел на меня как на жалкую букашку или глупую девчонку, он ждал взрослого принятия решения.
— Я слушаю, — он сделал ко мне шаг и спрятал руки в карманах идеальных черных брюк. К слову, любая одежда сидела на нём как с иголочки. Принц Ада был чертовски хорош во всём.
— Ты больше не должен мне помогать с Майклом, не нужно этого, — слезы предательски выступили на моих глазах, — Я буду служить тебе, если конечно уже не накосячила, — голова раскалывается на части от напряжения, мне трудно подобрать слова, — Это не правильно, нельзя было заключать сделку с тобой взамен на шанс отношений с человеком, чье сердце не свободно. Я потратила твоё время и мне очень жаль, это было глупо.
— Ты уверена? — сын Сатаны глубоко вздохнул, прежде чем задать вопрос. Он не был недоволен или зол, никакого сарказма, ухмылок или иронии. Он просто спросил.
— Да, я хочу, чтобы он был счастлив, — не ожидала, что приму сегодня такое решение. И наверное не поверила, если бы мне рассказали утром, что я сделаю это. Сделаю шаг, чтобы отпустить Майкла. Это тяжелее, чем кажется, гораздо проще выполнять задания Люцифера или прятаться от Адель. Никакого облегчения я не чувствую, мне всё также больно, тоска разрывает тело на части. О таком не пишут романах или сказках, может потому, что правда горька на вкус. Как заставить человека быть не эгоистом, когда это невероятно сложно и практически невыполнимо. Мы любим себя любимых, но как часто мы в силах отпустить, не ради себя, а ради того, кто этого стоит.
— Сара, обернись, — я непонимающе продолжаю смотреть на демона, а он лишь хитро улыбается. Что происходит? Я поворачиваю голову и вижу Майкла. Вот теперь я точно забыла как дышать. Ничего не понимаю, Люци подставил меня? А может это галлюцинация? Тогда почему сын Сатаны попросил меня обернуться? Или может он тоже не настоящий? Это было бы весьма логичное объяснение всему тому, что происходило последнее время.
— О`Нил, в твоей голове настоящая помойка, он и я настоящие, — закатывая глаза, произнёс Люцифер, проходя мимо меня. Он оставил нас наедине.
Тёрнер мягко улыбнулся, он стоял, оперевшись лопатками о стену, и смотрел на меня. Я молчала, не знала, с чего начать и надеялась, что он первый скажет и наконец-то объяснит мне, что происходит.
— Сара, — моё имя прозвучало так мягко, так непривычно мягко, я не понимаю… Прошу, не останавливайся! Скажи мне, объясни…
— Помнишь тот вечер, когда ты ночевала у меня в комнате?
— Если честно, практически нет, — Боги, как мне стыдно. Кажется я что-то натворила…
— Я так и понял, — он усмехнулся, но не по-злому, нет. — Тогда я встретил тебя, Сабрину Джонсон и его, — он махнул головой в сторону, туда, куда только что ушел сын Сатаны. — Брина была не намного трезвее тебя и рассказала мне о твоей сделке, — я стукнула ладонью по лбу, а затем закрыла от стыда глаза. Он молчал, казалось, что земля подо мной разверзнется и я провалюсь прямиком в Ад. Сказать, что мне стыдно — ничего не сказать.
Затем я почувствовала прикосновение к своей руке. Это был Майкл, он хотел видеть мои глаза. Дрожь прокатилась по всему телу, а в груди зарыдало сердце.
— Сначала я подумал, что это глупая шутка. И это никакой не Люцифер. Джонсон — чокнутая, ей невозможно было поверить. Но потом он прочитал мои мысли и сказал мне, о чём я думаю… — Боже, что он обо мне подумал тогда, Майкл наверняка решил, что я сумасшедшая, в чём есть доля правды. Тёрнер стоит так близко, а я опять закрываю глаза, горькая слеза скатывается по щеке.
— Я думал о тебе, Сара, — я слышу это или уже умерла, не может быть, это невозможно. Он коснулся моей щеки, аккуратно стирая влагу, а затем прижался своим лбом к моему. Я умерла, однозначно, больше нет логичного объяснения происходящему. У меня наверняка остановилось сердце, не выдержав моих страданий.
— Я не понимаю, — это единственное, что у меня получилось выдавить из себя.
— Я давно в тебя влюблен, — сомнений нет, я умерла…
— Это невозможно…
— Ты такая хорошая и умная, серьезная… Я всегда думал, что ты слишком хороша для меня. Ты отвергала всех парней, что к тебе приближались, я боялся, что ты также поступишь и со мной. Ты не реагировала на мои шуточки, — а вот это не правда, я всегда пыталась сдерживать себя, когда он шутил… — Мы проводили время за уроками, и единственное, в чём ты хуже меня — это алгебра. Правда, цифры не твоё, ты самый отвратительный репетитор по алгебре.. — я слышу его усмешку. — Мне не нужна была помощь, мне нужно было время наедине с тобой… — он ласково поцеловал меня в лоб.
— Почему ты не сказал? — ощущая жар его дыхания на своём лице, я продолжаю стоять с закрытыми глазами. Мне страшно, а вдруг я открою глаза, а его нет и это всё мой больной разум.
— А почему ты не сказала? И зачем ты пошла на сделку, глупая? — его голос прозвучал осуждающе, вибрируя на мои барабанных перепонках.
— Я устала смотреть на тебя с Адель, я… — на самом деле не знаю, что ответить. Поймёт ли он меня, даже если влюблен.
