Я знала, что люди заключали такие браки и назывались они гражданскими. Чаще всего такой брак, был распространен среди среднего сословия и бедных людей. Знатные люди предпочитали заключать браки в храме.
Женщина отвернулась к окну и смотрела на меня через отражение. На улице уже было темно.
— Твой отец, сначала жутко ревновал, что не был единственным. Но я любила его очень сильно, да и он, как я считала тоже.
— А как же позор? Потеря чести?
На мои слова женщина обернулась и улыбнулась.
— Никакого позора нет. Я была замужем. Да и для кого позор? Для девочек такого понятия как позор нет. Если девушка вышла в первый раз замуж, имея определённый опыт, то позор ложится только на имя отца. Что он не смог уберечь. Не привил определённых взглядов. Вот и девочкам постоянно твердят, что она должна выйти замуж невинной. Но это не совсем так. Ты уже девушка взрослая и должна понимать, что мир не так прост. К тому же такой брак имеет свои преимущества. Он как проверка, ведь расторгнуть его очень легко. Дети, рождённые в таком браке, имеют все права.
Я удивленно смотрела на женщину. У меня сейчас окончательно менялось восприятие мира. В школе и пансионате нас настраивали на то, что женщина должна до свадьбы беречь честь. О такой возможности выходить замуж, говорить было не принято.
Да и мне всю жизнь твердили, что я дочь падшей женщины. И я была намерена твердо беречь себя до свадьбы.
— Почему вы развелись? Почему он не отвел вас в храм в двадцать пять?
— Потому, что мой отец умер. И у Найра образовался более удобный вариант. Титул он бы через меня ни как не получил. Денег в нашей семье было не слишком много. Ну, а общее с отцом дело, он, скажем так, решил присвоить себе. После смерти отца, оказалось, что все документы были оформлены на моего бывшего мужа.
Моя мать начала ходить по комнате, разминая кисти рук.
— Для нашей семьи тогда это было страшным ударом. Братья начали ездить по стране и искать дополнительную возможность заработать. У нас было только несколько деревень, которые приносили достаточно скромный доход. Ну это я так думала тогда.
Женщина засмеялась.
— Недавно я сунулась в поместье, но оно было опечатано и там никто давно не живет. Я навела справки и узнала, что бывший управляющий окончательно разорил баронство, но при этом сам прилично разбогател. Когда мама оказалась в больнице, а ты в школе его махинации вскрылись. Деньги ушли в казну, а дом опечатали. Продать поместье не имеют права. Деревни отошли местному графу за долги, и он закрепил их за новым баронством. Так что мы сейчас, по сути, просто безземельные аристократки. Да. У нас есть титул, но справедливость не на нашей стороне. Бывший муж не знает, что я жива. И я пока не спешу просвещать его. Сначала он ответит за всё.
Слова женщины резали воздух.
— Он ответит да мою мать, за тебя, за моих братьев. Они пропали без вести, но я знаю, что это он нашёл способ избавиться от них.
Женщину сейчас просто трясло. Я понимала что, насколько сильно она раньше герцога любила, настолько же она его сейчас ненавидит.
После этого мы ещё долго говорили. Я расспрашивала Мел как она жила. Пока договорились о том, что я буду звать её так. Из её слов я узнала, что это именно она оплатила лечение бабушки на несколько лет вперед. Да и вообще она очень хорошо зарабатывает, продавая свои картины. Матери не позволили увидеть бабушку потому, что в этом году её уже навещала моя мачеха. Да и у Мел теперь новое имя. А чужих людей не имеют права пускать к больным.
Когда стало очень поздно, то мы простились. Мел взяла с меня слово, что я буду её навещать. Также написала мне свой номер телефона.
— Я, правда, не знаю, как буду звонить. Но обещаю, что обязательно с этим разберусь.
Сказала я перед тем как уйти.
Второй раз вышла из домика и подошла к машине. Алексис не спал, а ударял пальцами по небольшому экрану, который как я уже знаю назывался планшет. Открытые окна и вкусный от аромата цветов вечерний воздух будоражили. Мне сейчас хотелось отключиться от проблем, и я спросила:
— А где можно научиться обращаться с телефоном и планшетом?
Алексис поднял на меня глаза и удивленно спросил:
— А у тебя уже есть?
Он вышел из машины и открыл передо мной дверь с другой стороны. Было странно, что за мной ухаживают. Поэтому когда мужчина сел рядом я довольно ответила:
— Ага. Купила на первую зарплату.
— Ну вот. А я хотел подарок вручить. Он скосил глаза назад, где лежал букет цветов, укрытый стазисом, и под ним я увидела знакомую коробочку. Только она была намного больше.
— Ого. Такая большая. Но это слишком дорогой подарок, я не могу его принять. Так, где можно научиться пользоваться планшетом и телефоном?
Алексис как-то хитро улыбнулся и сказал:
— А давай бартер. Я учу тебя, как пользоваться электронными устройствами, а ты будешь гулять со мной. Ну, скажем, раз в неделю будем ездить в кино, или театр.
Я понимала, к чему клонит мужчина, и согласиться боялась. К чему могут привести эти отношения, я не знала. Но боги. Я не могла понять себя. Поэтому я строго посмотрела на директора и сказала:
