Много чего отвлекало от работы. Мы арендовали мотоциклы для мотокросса и рассекали по островным холмам и горам. После ужасной аварии один из наших роуди чуть ласты не склеил.
Мы брали в прокат машины и ужасно любили переключать передачи, не выжимая сцепление. И неудивительно, что они глохли, а мы снова заводили и переключали скорости. И так продолжалось до тех пор, пока в один прекрасный день к нам на виллу не явился владелец проката машин.
– Больше никаких машин! Ничего не получите! – кричал он, а мы сидели за столом возле бассейна и пили пиво.
– Эм? Почему?
У парня в руках был конверт, и он открыл его и вытащил содержимое, положив на стол. Вывалилась куча серой пыли, напоминавшей асбест. Это был очень важный компонент в переключении передач в его машине, который мы стерли в металлический порошок.
– Вот почему! – негодовал он. Как тут возразишь?
Мы не винили парня за то, что он вышел из себя. После долгой пьянки. Ян случайно заехал в пруд на одной из машин, стоявших перед виллой. Тачка проторчала в воде дня два или три, пока этот бедолага не приехал и не вытащил ее.
И каким-то образом на фоне всего этого безумия и бесконечных аварий появился альбом. В нем были и сильные моменты. Мне до сих пор нравится песня «Heading Out to the Highway», настоящий гимн байкеров. «Desert Plains» и «Hot Rocking» тоже ничего. Даже без особых усилий мы время от времени брали шармом и обаянием.
Но слишком много песен оказались провальными. Надо было продолжать развивать успех
В начале декабря мы завершали запись альбома, как вдруг Джона Леннона застрелили. Эта новость поразила меня. Подростком я сутками слушал «Белый альбом» в своей комнате на Келвин-роуд, и тут меня конкретно накрыло.
Я не знал, как справиться с этим горем, поэтому залез на крышу студии… И случилось что-то очень странное. На горизонте сверкала молния и бушевала гроза, но, не успев начаться, закончилась. И прямо над студией появилась радуга.
Не буду нести чушь и говорить, что Джон Леннон передал мне послание, но казалось, что это именно так. И может быть, он хотел сказать:
Альбом
Прилетев домой с Ибицы, я не считал наш новый альбом полнейшим провалом. Просто знал, что такого удовлетворения, как после работы над
Во время первой европейской части тура
Отправившись в Америку, мы начали со Среднего Запада, где теперь стабильно собирали арены на 8-10 тысяч человек: конференц-центры, концертные залы. Мы привыкли к этим самолетным ангарам: редко можно было увидеть на концерте табличку «СВОБОДНЫЕ МЕСТА».
Менеджмент посоветовал взять охрану. Мы загорелись этой идеей:
Нам сказали, что встреча с ним состоится в баре отеля в полвосьмого вечера. Мы глушили пиво и ждали, что сейчас войдет какой-нибудь верзила в боевом снаряжении, как вдруг к нам бочком подошел одетый с иголочки миниатюрный паренек в костюме.
«Парни, выжи Judas Priest, верна?» – спросил он с резким нью-йоркским акцентом, будто говорил со дна Гудзона.
Он был совсем не таким, как мы ожидали, но мы сразу же нашли общий язык. Он вступил в наши ряды и быстро из охранника превратился в гастрольного менеджера, держал нас в ежовых рукавицах. Следующие 35 лет он будет неотъемлемой частью семьи Judas Priest.
