Нет, невероятно не то, что в этом техногенном мире существуют не только постоянно спешащие и ищущие красоту в окружающей действительности разумные, а и те, кто находит её в себе, в своём сердце, превращая даже заученную музыку в нечто, что хотелось бы слушать из-за присутствующей в каждом звуке, исходящем из инструмента под их руками, страсти - так было, есть и будет во всех мирах. Невероятно другое: мелодия была знакома мне по старому миру. Отличное исполнение… но я не возьмусь её, в смысле Киёко, оценивать, несмотря на явный артистизм, ведь только при его наличии можно сыграть хоть что-то стоящее на этом старом, сильно потрёпанным жизнью инструменте. Просто кое-чего не хватало, и это, наверное, ощущалось даже тем, кто не знал эту композицию. Просто по той, присущей каждому хорошему произведению, пусть и изначально незаметной, но ощущаемой нутром после почти первых же нот неуловимой логике. И это кое-что я сейчас исправлю, благо вижу на полке скрипку… Где смычок? Вот он… проверить гриф, подгрифок и колковую коробку… струны с виду в порядке. Несколько пробных звуков заставляют невольно засмотревшихся и заслушавшихся игрой Киёко девушек за нашим столом удивлённо перевести взгляд на меня - замечаю это краем взгляда, внутренне настраиваясь на нужный лад и ритм, словно мысленно пробуя играть на своём, пока ещё молчащем инструменте, который сейчас будет петь дуэтом, вытягивая и продолжая некоторые звуки основного мотива слегка подавляющего, играющего немного вразнобой без скрипки фортепиано. Скрипка будет петь… и говорить со слушателями и самим исполнителем… о разном. Ведь магия - она везде, она окружает нас, как бы не учили, и что бы ни вбивали в головы молодым рекрутам-магам наставники, знающие, но скрывающие эту простую истину.
Начать. О чём ты расскажешь сегодня, скрипка, спорящая сейчас с резкими, повторяющимися звуками из трёх нот фортепиано? Готовность к действию. Взгляд в будущее. Плавный переход… нежность, надежда, ожидание… неразличимая из-за своей неподвластной человеку тонкости магия привычно течёт по струнам, рождая в моём, привычном ко всякому сознанию картину того, как она зачаровывает окружающую реальность одним лишь своим существованием вот в такие моменты… словно от каждого прикосновения к струне рождается и умирает очередной мир, который мне не суждено увидеть, а с каждым замолкающим звуком находится и вновь теряет самого себя Господь Демиург, задавая миру ответы, на вопросы, их не имеющие, прежде чем мир исчезнет во тьме неизвестных перемен.
Я… вижу себя со стороны? И не только себя. Но в этом нет ничего удивительного. Сейчас я не хочу, а значит, и не могу ничему удивляться. Мои глаза закрыты, руки движутся в хаотичном на первый взгляд движении, а сверкающая проблесками Света аура тянется к скрипке в моих руках, творя что-то невероятное. Но не менее невероятное для меня сейчас и всё остальное: застывшие в ожидании чуда, боящиеся пошевелиться, такие знакомые и такие почему-то далёкие от меня существа энергетического происхождения… Открытые рты, сжимаемые руки… Айя сидит и, смотря в сторону от меня с выражением полного безразличия на лице, пускает глазами слезу рождённого в ней чувства, которое не способен испытать обычный дух предмета. Она сейчас жила, как и скрипка в моих руках, что лишь благодаря совместной игре с фортепиано, оживляемого в свою очередь Киёко, продолжает рождать прерывистую, и на первый взгляд негармоничную мелодию, бывшую для нас двоих в этом мире и прямо сейчас буквально всем.
Конец мира. В смысле, конец мелодии, а с ней - и очередного видения, дарованного мне Светом изменяющим. Видение о самом себе… что может быть бесполезнее, и вместе с тем, лучше? …Вот уже почти минута молчания. Слов ни у кого, включая нас с Киёко, не было, хотя подумать на самом деле можно было над очень многим…
- Юто… эта мелодия… как… как так у нас с тобой получилось? Мой предок… он же не дописал её. Столетие те из нашего рода, кто отчасти посвятил жизнь музыке, пытались закончить четвёртую в Це сонату Пауля Хиндемитта, но их неизменно ожидала непреодолимая стена.
Анализ… Недостаточно данных.
Пауль… Хиндемит, значит. А у нас он был Паулем фон Финстерхоффом, легендарным основателем той линии крови рода, которая принесла в наш род силу, призываемую кровью.
Не бывает таких совпадений, нота в ноту. И это лишь ещё одна странность, заставляющая меня задуматься.
- Твой предок… Пауль Хиндемит, случаем, не был предсказателем или оракулом, Киёко?
- Не был, десу. - Ответила за свою пра-пра-пра-…внучку, беззвучно подошедшая Флемма, словно вспоминая о чём-то, после чего встрепенулась, и с "безуминкой" в глазах спросила. - И кстати, что думаешь делать по поводу незваных гостей?.. десу.
Внимание. Обнаружено активное сканирующее заклинание.
Среднее поисковое… чёрт.
- Напомни мне, пожалуйста, Юто… гхм… - Киёко Хомуро.
