Да что это с ней. Обычно она перестаёт заводиться, когда я вспоминаю про обещание, которое мы друг другу дали полгода назад. Ну и пусть, мне всё равно нечего добавить. Посидим, помолчим. Другие парни и девчонки, которых я иногда встречаю в лесу, если нам нечего сказать друг другу, долго молчать не хотят и уходят, неловко извиняясь, но Ку другая. Сколько раз у нас этот разговор был, столько же раз она на меня немного, совсем чуть-чуть обижалась, но потом очень быстро переставала на меня дуться.
— Знаешь, пора уже мне сегодня домой идти, Юто.
— Так рано? Обычно ты уходишь вечером, и тебя встречает твой личный водитель в Ноихаре.
— Мне надо собраться в поездку. Послушай, Ю… я завтра уезжаю. Мы долго не увидимся. Так что…
Подруга внезапно оборачивается ко мне и прижимается ко мне вплотную, прикасаясь своими губами к моим. По спине пробегают мурашки, а тело бросает в жар… неужели, это то, что мои ровесники из Ноихары перешёптываясь друг с другом, называют поцелуем? Как… необычно… и приятно…
Кроме жара, я чувствую какую-то странную магию, но не успеваю ничего понять, как она сразу прекращается.
— Когда я вернусь, я буду очень сильной. Тебе не будет нужна Химари или другие демоны, так что… дождись меня… Ю.
Покрасневшая Ку резко встаёт и быстрым шагом идёт в дом, но пройдя пару шагов, поворачивается… она плачет? Нет… вытирает слезу и улыбается, затем с лёгким уважительным поклоном говорит:
— Сайонара, Юто Амакава-доно. Я буду скучать.
У меня в первый раз в жизни не находится, что ответить: все формальные фразы, которые я учил с дедом, будто выветрились из головы. Так она и ушла, под мой удивлённо-молчаливый, провожающий взгляд, а я сам, наконец, вспоминаю, что мне необходимо дышать.
…
Пауза затянулась. Куэс смотрит на меня довольным взглядом кошки, объевшейся сметаны. Почему это? Хм. Я, кажется, неосознанно смотрел на её губы, когда «вспоминал» момент нашего с ней расставания, да ещё и обвёл свои собственные большим пальцем левой руки… тупая, ноющая боль от отсечённого мизинца в моей основной, правой руке, ещё давала о себе знать.
— Твои карие глаза и чёрные волосы, хм…
— Ты всё-таки вспомнил, Ю! Я сначала не верила про блокировку силы и памяти… Но потом, понаблюдав удалённо за тобой и твоей обычной жизнью, обычного же человека без силы — тут уж пришлось поверить.
— Вспомнил, но не сам. Скажи спасибо Химари — именно благодаря её рассказу я смог разблокировать часть памяти из детства, о нашем знакомстве и расставании.
— Вот ещё. Странно, что ты вообще с ней нянчишься, ведь у тебя же должна быть аллергия на кошек.
— Так энто она виновата в энтом, най господин… — Химари.
— Да. Молодой Юто не смог идентифицировать проклятье духовного тела, никогда с ним не сталкивавшись ранее, но я «теперешний» могу. Ты ведь тогда наложила на меня проклятье прикосновением своей силой, вызванной кровью, Куэс? При нашем первом поцелуе.
— П-п-поцелуе?! — Ринко с Лизлет.
Недовольно кошусь на них. Я, конечно, сказал, чтобы они были наготове при моей команде удрать на волчице в Ноихару, под укрытие виртуального пространства Кайи, но я вовсе не имел в виду, что обязательно присутствовать при нашем с Куэс разговоре. Тем более что он может в любую минуту превратиться в бой.
Куэс, что собственно и свойственно для её слегка заносчивого характера, ничуть не смутилась.
— Ты всё вспомнил… замечательно, хе-хе… Ладно, если серьёзно, я, наверное, должна извиниться и за то проклятье. Оно было неосознанным… первым пробуждением моей специальной родовой силы. Просто я искренне не хотела, чтобы эта драная кошка заполучила тебя, пока я буду учиться в английской академии магии.
Так. Разговор зашёл не туда. Хоть мне и не хочется, после всего вспомненного, считать давнюю знакомую и приятельницу старого Юто своим врагом, но прецедент есть прецедент. Атака на Семью не должна оставаться безнаказанной, хоть я уже и понимаю, что это действительно просто была случайная ошибка, какие бывают повсеместно. Наказать-то надо, но до войны с кланом Джингуджи доводить не стоит. Неудавшаяся шутка — не слишком серьёзная для этого причина.
— Оставь эти детские шалости. Что было, то прошло, вернее уже не доставляет мне значительных неудобств. Я хочу услышать твоё объяснение того, что случилось полтора часа назад.
Кабураги, наконец, вышел из состояния оцепенения, сделал шаг вперёд, прочистил горло и вмешался. Извиняться вместо неё собирается?
— По этому поводу мне, как официальному представителю четвёртого отдела службы общественной безопасности Японии, есть, что сказать вам обоим. Джингуджи Куэс-доно, Амакава-сан, я вынужден предупредить вас…
