Первым импульсом было остановить его, но ярость на лице Марка дала мне понять, что трогать его сейчас нельзя. Рядом с ним стояло несколько просто огромных охранников и никто из псевдодрузей этого парня даже не двинулся, чтобы его защитить. Все просто смотрели на то, как Марк превращает его в грушу для битья.
Я же наблюдала за происходящим как завороженная, не представляя, что Марк может быть таким. Он был похож на настоящего хищника, зверя, который вступил в смертельную схватку с врагом. Его мышцы едва не разрывали рубашку, а удары были чёткими и выверенными, будто он изо дня в день тренирует их чтобы потом применить в деле.
Дыхание замерло и я безмолвно смотрела пока Марк не успокоился и не поднял полный гнева взгляд на меня. От этого взгляда по телу пробежала холодная дрожь, а стук сердца разогнался до такой скорости и силы, что стал отдавать в висках.
— Пошли, — встав с колена прорычал Марк, хватая меня за руку и уводя оттуда.
Ничего не ответив, я иду за ним, не решаясь даже поднять глаза. Почему-то тот адреналин, который исходил от мужчины, меня подавлял и лишал всякой смелости и твёрдости, которые были внутри. Мы проходим сквозь толпу людей, которую Марк силой расталкивает своими широкими плечами, и направляемся к выходу из клуба.
— Стой, там Роксана, — едва успеваю крикнуть я, как Марк резко останавливается и я натыкаюсь на него, будто на гранитную скалу.
— Твоя подруга уже едет домой, я отправил её с одним из своих парней. А ты сейчас закроешь рот и пойдёшь со мной. Одно слово, Алана, — приближается к моему лицу, не отпуская руки, — И я за себя не отвечаю.
Я молча смотрю в тёмные, до невероятной черноты глаза мужчины, чувствую его гнев, опаляющий адским пламенем и не решаюсь спорить. Только не сейчас.
Дав кому-то за нашей спиной команду проследить за всем, Марк вытаскивает меня на улицу, берёт на руки и несёт к своей машине. Сначала я начинаю вырываться, но то, с какой силой он сжимает моё тело напоминает мне о том состоянии, в котором сейчас находится мужчина, и я уступаю. Потом я всё выскажу, но сейчас я просто не знаю чего от него ожидать поэтому предпочитаю не идти на рожон.
— Садись, — рычит Марк, ставя меня на землю и открывая пассажирскую дверь, — Быстро.
Я сажусь в салон и вздрагиваю от резкого хлопка, с которым мужчина закрывает за мной дверь. От этого вся машина будто тоже окатывается дрожью. Рывком Марк запрыгивает за руль, заводит мотор и уже через несколько мгновений мы мчим на бешеной скорости по ночной дороге.
Сначала я молчу, но потом меня начинает накрывать страх. Страх от того, что только что произошло в клубе, страх от того, в каком сейчас состоянии Марк и скорость, с которой он ведёт машину, кажется мне запредельной для этого состояния, в котором, как мне кажется, он не видит никого и ничего.
— Не волнуйся, всё под контролем, — будто прочитав мои мысли, жёстко произносит мужчина глядя вперед и больше ничего не говорит.
Но всё же скорость сбрасывает, за что я чувствую благодарность. Какое-то время мы едем молча и я узнаю знакомые улицы. Он везёт меня домой. Почему-то меня не особо удивляет что он знает адрес. Как будто это было чем-то само-собой разумеющимся.
Но когда мы подъезжаем ближе к дому, он останавливается на некотором расстоянии от него. Глушит мотор, делает глубокий вдох и закрывает глаза. Я молчу и смотрю перед собой, не зная что сказать и как вообще себя сейчас вести. Я понимаю, что он спас меня и что я повела себя глупо, решив в клубе, полном людей и разных неадекватов, привлечь внимание тех, кто как раз и мог мне навредить. Но он не знает того, что знаю я и наверняка считает, что я просто выпила и стала вести себя развязно.
— Я не знаю что это было, — не открывая глаз медленно говорит Марк, — Но я хочу чтобы ты запомнила раз и навсегда. Никто, ни один ублюдок не коснётся тебя. Где бы я ни был, я узнаю и убью суку. Нравится тебе это или нет, понимаешь ты это или нет — мне плевать.
Марк переводит на меня взгляд, обхватывает пальцами подбородок и требовательно разворачивает к себе.
— Я мог его убить, Алана, за то что он позволил себе, — глядя мне в глаза, мужчина ищет там ответы на какие-то свои вопросы, — И если это было просто от твоей глупости, то советую быть осторожнее.
— Слушай, я…
— Я видел как ты танцевала. То, что ты делала — магнит для тех, кто может просто взять, утащить тебя за любой угол, нагнуть и поиметь. И я убью любого, кто хотя бы подумает об этом. Но не советую тебе это провоцировать. Поняла меня? Никто, — жёстко отрезает Марк, напоминая, — Никогда.
Я молчу и смотрю на мужчину, испытывая просто огромную гамму непонятных чувств. Страх сменяет злость, на смену которой приходит возмущение и желание противостоять напору Марка. Но где-то внутри я чувствую пожар, который разгорается во мне от его слов, голоса и манер, которые есть только у этого мужчины.
И мне совершенно не хочется говорить ему о том, почему это всё произошло и что я услышала у туалетов. Я была убеждена, что если он узнает — не позволит продолжить поиски.
