– На этот раз дела действительно плохи. Они собираются пожертвовать чьей-то головой. Угадай, чья это будет голова? – Фелипе горько усмехнулся.
– А что такого, если ты уйдёшь с биржи? У тебя есть деньги…
– Подожди, Рикардо, – перебил Фелипе, – я бы хотел рассчитывать на твои связи.
– Почему на мои? – удивился Рикардо.
– Потому что всё случилось из-за тебя! – Фелипе опять занервничал.
– Нет! – Рикардо ударил кулаком по столу. – Это не я к тебе обратился – ведь ты сам пришёл ко мне и предложил свои услуги.
Фелипе сник.
– Ладно, оставим это. Я просто очень переживаю. Я не хотел с тобой ссориться.
Рикардо вышел из-за стола и положил руку на плечо Фелипе:
– Успокойся. Ничего не случится, тебя не выгонят с биржи, всё будет в порядке, поверь мне.
– А если нет? – Фелипе умоляюще смотрел на Рикардо.
– Знаешь, в чём твоя проблема, Фелипе? – рассмеялся Рикардо. – Ты страшный пессимист.
Следующей посетительницей была Ана.
Рикардо сразу же оценил её красоту, но не подал виду. Наоборот, он был сух и деловит.
– У вас рекомендательное письмо от доны Изадоры?
– Да, вот оно, – Ана склонилась над столом, и Рикардо увидел совсем близко её откровенное декольте.
– Вы хотите у нас работать? – спросил он.
– Да, сеньор, – голос девушки звучал бархатно и нежно.
– А что вы умеете делать?
– Знаете, я была фотомоделью. Может, я могу быть вам чем-нибудь полезной? – сделала Ана ударение на «вам».
– Каким образом? – Рикарда сделал вид, что не обратил на это внимания.
– Это только вы можете решить.
– Хорошо, оставьте ваш телефон, – Рикардо нажал кнопку селектора и спросил Бианку: – Кто следующий?
– Сеньор Рикардо, – ответила Бианка. – Только что звонили из дома. Плохие новости – Жесика пропала.
Домой Фелипе вернулся совершенно разбитым. Разговор с Рикардо не успокоил его – наоборот, Фелипе понял, как легко можно потерять друзей. Он поцеловал дочь и заперся в кабинете.
– Отец заперся в кабинете, Жоао, – встревоженно сообщила Патрисиа брату.
– Странно, он никогда не оставался дома после обеда, – удивился брат.
– Кто знает, Жоао? Я никогда его таким не видела.
– Наверное, получил меньше одного процента в этом месяце. Это действительно беда, – пошутил Жоао.
– Тебе всё трын-трава! – воскликнула Патрисиа.
– Кто играет на бирже, тот постоянно рискует!
Хуже всего то, что он ничего не рассказывает. – Патрисиа не выдержала и пошла к отцу.
– Папа, нам надо поговорить. Можно?
– Конечно.
– Только я позову Жоао. Ладно?
– Только недолго, а то у меня встреча, – сказал Жоао, входя в кабинет.
– Что происходит, отец? – перебила брата Патрисиа.
– Небольшие проблемы. Я не могу вам всего объяснить. Я бы хотел, чтобы вы экономили деньги, тратили поменьше, нам необходимо сократить расходы.
– Опять? – недовольно скривился Жоао.
– Что значит «опять»? – напустилась на него Патрисиа. – Ты самый главный бездельник в этом доме. Не учишься, не работаешь. Ничего не делаешь!
– Как только падает курс акций, ты набрасываешься на меня! – рассмеялся Жоао.
– Подожди, Жоао, – опять перебила его сестра. – Дела плохи, папа?
– Всё может случиться.
– Это всё? Я могу идти? – нетерпеливо посмотрел на часы Жоао.
– Да, это всё. Иди, проваливай с глаз моих, – обиделся отец.
– Я ухожу. Пока. – И брат, помахав рукой, выскользнул за дверь.
Дочь и отец остались одни.
– Что происходит, папа, скажи мне. – Патрисиа прижалась к отцу.
– Дочка, – не сразу ответил отец, – ты слышала о человеке по имени Рикардо Миранда?
– Ты время от времени упоминаешь это имя… А что?
– Наше будущее зависит от него.
Взяв на два дня отпуск, Дока съездил в родную деревню. Ах, как он там отдохнул! Мать и бабушка так кормили его, так обхаживали. Конечно, интересовались жизнью в Сан-Паулу. И он пообещал забрать их когда-нибудь в этот огромный город. Вот только деньжат накопит. А в кафе всё было по-прежнему – сэндвичи, кофе, посетители.
– Ты знаешь, что у меня есть внучка, – говорил старик Эмилио Доке, но тот слушал его вполуха.
– Нет, я не знал.
– У неё скоро должна быть помолвка…
– Да? Поздравляю! – Дока выключил кофемолку.
– Да ты послушай… Они расстались с её женихом.
– Сочувствую. И ей, и жениху, – улыбнулся Дока.
– Нет, я серьёзно, парень.
– Хорошо, тогда говорите… – Дока выключил кофемолку, он любил серьёзные истории.
– Она теперь сидит дома. Грустная, опечаленная. Первая любовь, ты понимаешь, Дока? Вот я и хочу, чтобы ты зашёл к нам как-нибудь поговорить с ней, развлечь немного… Понимаешь? Ты согласен?
– Я? А почему я? – опешил Дока.
– Ты весёлый, симпатичный, язык у тебя подвешен. Я хочу, чтобы она забыла уже об этой дурацкой истории и жила нормально…
– А она какая?
– Как это «какая»?
– Страшная, красивая, какая?
– А тебе не всё равно?
– Да, мне не всё равно, сеньор Эмилио. Вы меня простите, но если парень бросает девушку, значит, у неё внешность не того…
– Я не желаю этого слушать… – воскликнул Эмилио. – Неужели ты такой бесчувственный? Я-то думал, у тебя есть сердце. О Господи. Какая разница, высокая девушка или маленькая, красивая или некрасивая, толстая или тощая… разве это важно? – Он весь кипел негодованием.
