Эту негодницу звали Констанцией, или, как называли ее все друзья – Котя. Те, кто был близок с девушкой так же, как и ее семья, могли звать ее – Костя или Котенок, как делала это я. Моя лучшая подруга собственной персоной. Да, с именем этой барышне не повезло, на что она, собственно, вечно всем жаловалась. Но я-то знаю, что втайне Котя свое имя очень любила и даже гордилась им. Со стороны кажется, что Констанция – пушистый ангелочек, безобидная девочка, напоминающая собой нежный одуванчик. Но не зря же говорят, что в тихом омуте черти водятся! Мне известна совсем другая Констанция – огненный дьяволёнок, вихрь, ураган, сметающий все на своем пути. Человек, которого не может утихомирить никто! Если уж обижаться – то по крупному, если уж посылать – то так, чтобы на всю жизнь запомнилось. Да, между ангелочком и дьяволёнком нет ничего общего!
– Я? Прячусь? Даже и не надейся, что тебе когда-нибудь так повезет – избавиться от моего общества, – спокойно ответила я.
– Ты ведь идешь сегодня с нами, да? – взволновано спросила девушка. – Ты обещала. К тому же, Натка на тебя страшно обидеться, если ты не придешь на ее день рождения.
Ната – Наталья – являлась третьим звеном нашего малоизвестного, но самого дружественного в школе трио. С Наткой я была знакома с детства – как-то так получилось, что еще пятилетними девчонками вместе играли в песочнице и также вместе пошли в одну школу, разве что в разные классы попали. Констанция присоединилась к нам позже, уже в шестом классе, когда приехала сюда из далекого города из-за службы отца. Как уж мы с ней сдружились – неизвестно. Сначала два наших буйных характера не могли ужиться друг с другом – часто сталкивались в коридорах, друг друга нервировали. А потом кому-то из нас надоело препираться, цапаться, так и стали общаться, обнаружив друг у друга общие интересы. И вот, спустя пять лет, мы – три неразлучные подруги. Как назвал нас один самоубийца – три полуграции.
– Я обещала прийти, – кивнула я.
На самом деле идти никуда не хотелось. Нет, подруг я очень люблю, хоть эти барышни иногда умели меня прилично вывести из себя. На самом же деле, мы были очень близки, и в минуты горя или печали, мы были как никогда дружны своей молчаливой поддержкой. У Наташи сегодня было день рождения – не каждый день исполняется семнадцать. Она уговорила своих предков отметить этот вечер в клубе 'СахарА', казавшийся лично мне очень подозрительным (может из-за названия)? Шумные места, в которых отрывались толпы нетрезвой молодежи, никогда меня особо не привлекали.
Но как же можно отказаться? Конечно, я пойду к Нате, мы с девчонками устроим ей чертовски приятный праздник, порезвимся на славу, и (слава богу!) я на долгое время смогу забыть о посещении клубных мест.
Одна очень шумная компания, располагавшаяся в самом центре школьного двора – маленького и оттого наполненного бесчисленным количеством учеников, – очень громко засмеялась. Сердцем этой шумной толпы был, конечно же, Кирилл Котайский – до безобразия популярный парень в нашей школе.
– Снова Котайский, – пробормотала я про себя. Разглядывать веселую компанию не было никакого желания. Вечно, когда мой взгляд натыкался на таких, как они, я начинала думать о том, насколько вся эта их 'крепкая' дружба является настоящей? Я пыталась представить каждого члена этой нереально дружной компании в будущем, лет эдак через 15, и понимала, что никогда они, в общем-то, не будут дружить настолько крепко, чтобы через энное количество лет собираться такими же большими и веселыми компаниями.
– Этот тип по-прежнему веселит толпу, – вздохнула подруга, опершись одной рукой о перила. – Вообще-то, он неплохой парень. Со всеми ладит, веселый, симпатичный… еще бы гулякой не был, и цены б ему не было.
– Да ну, – я презрительно сморщилась. – В нем вообще ничего особенного нет. То, что рожей вышел – еще ничего не значит, и симпатичнее встречали, в спортивные секции ходит – так кто ж сейчас этим не развлекается? Романтик? Может быть, но не из-за того, что он сам по себе так воспитан, а потому, что девчонки преимущественно липнут к тем, кто напоминает Эдварда Каллена… типа красивый, воспитанный и романтичный. Фу, и кто только придумал такие стереотипы?
– Не напоминай мне про этот фильм!
Кажется, у подруги ненависть к персонажу популярного подросткового романа крепла с каждым днем все больше и больше. Это из-за того, что в классе, где учатся Ната и Котя – 11 'В' – все девчонки жутко любят этот фильм, а, соответственно, и книгу. Поэтому мои подруги несколько резко реагируют на любое упоминание популярной саги.
