Похоже было на то, что Моня не меняла место ночлега и проспала всю ночь там, где её оставили. Об этом говорил порядок в комнате. Это Антона сильно удивило, ведь, по опыту проживания с его котами-блуднями в молодости, он ожидал увидеть утром кошку, шагающую по столу, на котором перевёрнуты фрукты вмете с корзинкой, в которой они лежали, или разбита ваза. Но этого не было. Этот ангелок лежал в углу кресла и крепко спал. Видимо, за прошлый день Моника испытала такой стресс, переезд к новым родителям, смену обстановки, что силы ей нужно было восстановить длиною в ночь. В общем, как и любая женщина, Моня спала долго.
Возле лотка Антонсказал Моньке, что «пора сикать» – так ему отец в детстве говорил перед сном. Он, похоже, знал лучше мочевой пузырь своего ребёнка, чем сам его обладатель. Вот это прозорливость! И Антон в этот момент подражал своему родителю – сказал заветную фразу, и о, чудо – волшебные слова сработали – Моня залезла полностью в лоток и начала разгребать лапкой наполнитель. Причём делала она это довольно интенсивно, да так, что мелкие гранулы стали вылетать за стенки лотка на пол в радиусе одного метра, а котёнок от поднявшейся пыли раза два чихнул. Радости Антона не было предела – даже по-второму разу не пришлось показывать, как нужно копать лапой в лотке – видимо у переполненной жидкостью кошки не было лишнего времени на раздумье – куда бежать – и, раз принесли сюда, то, была-не была – прудить надо здесь!
Пока Монька замерла в позе напряжённого истукана, Антон был преисполнен гордостью за то, что приучил котёнка к горшку самостоятельно, без всяких там спреев и аэрозолей, которые продают в специализированных магазинах. Животные ведь, как люди – даже, когда им покажешь отхожее место, они могут пустить струю мимо унитаза, либо из-за лени зайдут за ближайший угол, либо из вредности или мести справят нужду где попало, но только не в отведённых для этого местах. Поэтому, несмотря на волну (струю) успеха, нужно было держать руку на пульсе.
В то время, как Антон размышлял над всем этим и гордился собой, Монька сходила «по-маленькому».
– Эй, а «по-большому»!?
Кошка ушла, не обернувшись на оклик, из туалета, величаво подняв хвост трубой.
Как тут не исполнить своё обещание и не покормить котёночку после утреннего туалета!? Антон наваляхал ей в миску немного Вискаса и пошёл убирать содеянное в лотке. С гранулированным наполнителем он имел дело впервые. Оказалось, его убирать было довольно легко. Место, где Монька напрудила, набухло – эту кучку мужчина аккуратно собрал в полиэтиленовый пакет совком и вынес в предбаник. Совок ещё странный какой-то оказался – с прорезями.
– "Какой-то бракованный подсунули!" – подумал Антон.
У Монички в это время проснулся зверский аппетит. Она уплетала корм, словно её не кормили неделю. Практически вылизав миску, она даже не помыла рот и снова пошла в направлении туалета.
«Ну, не ужели!» – промелькнуло у отцав голове.
И точно – начала снова копать в лотке. Осмелела и ещё с большим размахом стала разбрасывать гранулы во все стороны. Парень не стал в тот момент делать ей замечаний, чтобы не потревожить кошечку. Своими размашистыми действиями она подняла пыль столбом во всей ванной комнате и, несколько раз чихнув, приняла всё ту же позу статуй с острова Пасхи.
– Да ты, моя умница! – воскликнул Антон, хлопнув себя ладонями по бёдрам.
И тут же осёкся, так как острые рыжие ушки разрезали пространство напополам своим резким движением назад. Мужчина чуть не сорвал двигавшуюся к успеху операцию этим шлепком. Но занятую делом кошечку было уже не остановить.
Антон погрузился в свои раздумья: почему Моня так отличалась ото всех котов, которые были у него в детстве, и почему она так сразу определила место, куда ей надо ходить в туалет? Ведь те животные, с которыми довелось повстречаться на своём жизненном пути Антону, не отличались подобной сообразительностью. Наверное, в семье, где Моня жила первое время, был такой же лоток, такого же цвета, с таким же наполнителем, такой же плиткой в ванной комнате, такой же стиральной машинкой перед носом…В знакомой обстановке всегда ориентироваться легче, но в такие совпадения тяжело было поверить. А вот в кошачий интеллект – легко.
Антон помнил, как у него в семье недолгое время жил рыжий кот, который ходилв туалет туда, куда ему вздумается: в шкаф, под стол, в тапки и на половики – в общем туда, куда ступала нога человека, но принципиально не в лоток. Правда, приютили его не котёнком, а уже уличным подростком с уже сформировавшимся мировоззрением – манер он не знал и учить их не собирался, поэтому пришлось с этим зассыхой расстаться через неделю. А Моня улицей была не испорчена и получила базовые уроки домашнего этикета от своей мамы-кошки.
