Мысли и воспоминания, роем саранчи проносившиеся в голове, не помешали его "орудию" чутко отреагировать на старания Дильфузы, взявшей дело в очаровательный, словно бутон лилии, ротик. Зар-раза! Она действительно - потрясающе красива! И знает об этом. Давно вычитала в его мозгу его восхищение ею, и соответствующие мысли... И иногда даже использовала те позы и изгибы тела, которые он себе представлял!
Вот она, обратная сторона его способностей: читаешь в чужих душах... Но и свою не можешь полностью скрыть за блоками!..
Он замычал, зажмурившись. Запустил ладони в огромную копну смоляных волос. Боже, до чего она, дрянь распутная, хороша!.. Он отлично осознавал, что позволил ей себя соблазнить тогда, в самый первый раз... И после этого - всё.
Как говорится, увяз коготок - всей птичке пропасть!
Дильфуза слишком прекрасна. И - классическая собственница. И знает, что он - покорён. И кроме того, она, как и все ведьмы, тоже обладает теми самыми способностями, что, будь она нормальна, позволили бы надеяться на как раз те самые мутации...
Но ведьмы бесплодны.
Вот она: плата за вечную красоту и... Бессмертие.
Он приподнялся, перевернул любовницу на живот. Навалился, сопя. Воспрявшее орудие вошло мягко - уж он-то чуял, как именно Дильфузе сейчас хочется!..
Ладно, сделаем девушке приятное. Она и правда - тоже к нему неравнодушна.
Что-что, а это-то он видит!
И пусть она - до самых глубин тёмной душонки расчётлива, жестока, развратна, и сексуально озабочена, она как раз этим его и покорила: своей почти наивной испорченностью, и полным отсутствием стремления выглядеть лучше, чем есть!
Хотелось девушке его девяти дюймов - она так ему об этом и сказала!
И ведь получила, что хотела.
К вечеру четвёртого дня ему пришлось заняться и делом.
В комнате, куда "избранную старушку", как её теперь, посмеиваясь, обзывала Дильфуза, перевели после карантина, было тепло и светло. Чисто. Основной предмет интерьера - кровать - занимал добрую половину территории.
Женщина избрала тактику молчания. На его попытки познакомиться, или завязать разговор, только моргала, отрешённо глядя в потолок, или в стену, когда он стоял рядом.
А поскольку при этом она лежала на огромной кровати, нарочито раскинув в стороны руки и ноги, словно выброшенная на сушу морская звезда, Марвина слегка проняло:
- Хватит изображать несчастную жертву! Я всё равно должен заняться с тобой сексом! Потому что мои Хозяева ещё не освоили способ оплодотворения, как у племенных коров! Шприца со спермой не будет!
Впервые он ощутил слабый отклик - она словно усмехнулась там, внутри. Но где-то очень глубоко.
Значит, не идиотка! И - не так зла на него, как пытается показать ему в своих мыслях, "формулируя" чётко произносимыми про себя словами, что он - похабник, развратник и редкая мразь! Прислужник и раб тварей и гнусных гадин! П...рас и извращенец!
- Ладно, согласен: я - не идеал романтического возлюбленного. Но и не совсем уж сволочь. Могу тебя обрадовать: ты мне и правда - понравилась. Наверное тем, что чем-то близка. Ну, духовно, - он хмыкнул. - Я тоже вначале был непримирим. Сердит. Отказывался "работать". - Марвин присел на постель, спиной к женщине, - Ни к чему хорошему это, естественно, не привело. Мне предложили разрешить очень простую ситуацию. Поставили передо мной очень красивую молодую девушку... И сказали: "Выбирай! Или ты спишь с ней до тех пор, пока она не забеременеет, или мы отдадим её на растерзание мертвякам!"
Разумеется, они знали, что я уже видел... Что происходит с живой женщиной, если она попадает к...
Ну и что мне оставалось делать?
Марвин надеялся только на то, что женщина ещё не может читать у него в подсознании так, как уже навострилась Дильфуза. Иначе его наглая ложь сделает только хуже.
- Если ты думаешь, тварь, ведьмий прихвостень, что разжалобил меня рассказиками о своей "несчастной судьбе", ты сильно ошибаешься!
А приятный у неё голос. Несмотря даже на то, что она пытается подпустить туда побольше жёлчи и яда. Да и радует то, что она хоть что-то сказала. Марвин не стал форсировать, приводя доводы рассудка и новые аргументы. Сказал только:
- Да, я - ведьмий прихвостень. Раб. Производитель. Зато девушка осталась жива. И сейчас в изоляторе выкармливает моего второго сына.
Я смог убедить Комиссию, что её дети - перспективны.
- Да?! Ты - жалкий слюнявый говнюк! Трусливый приспособленец! Сексуальный маньяк, пытающийся перетрахать всех доступных баб! Убила бы, если б могла!..
Глядя, как она, сжавшись в комочек, и закрыв лицо ладонями, рыдает, Марвин подумал, что женщина не так уж неправа - иногда он, в минуты депрессии, и сам так про себя...
- Ты что - пытаешься эту дуру, как и остальных своих "подопечных" - "приручить"?
- Ну... - Марвин замялся, - Не то, чтобы приручить... А просто сделать её существование здесь хоть в какой-то мере осмысленным.
