– Ну, ребята, – говорит она, вдруг рассмеявшись. – Кто бы мог подумать, что в конце концов мы окажемся
Несколько парней смеются.
Я знаю, она не имеет в виду «тут» буквально, за столом на ужине в честь Дня благодарения, а
Она права. В этом сезоне все сблизились, и все благодаря ей. Очевидно, что команду связывают крепкие узы, позволившие ей подняться на вершину в своем дивизионе.
А что касается меня? Иден – весь мой мир, и это последнее, чего я ждал, когда вошел в ее кабинет в тот день после подписания нового контракта. Но стоит признать, мне есть за что быть благодарным в этом году.
– Я очень счастлива называть эту команду своей, и благодарна, что вы все решили быть здесь сегодня и провести этот день со мной. Ваше здоровье! – Иден поднимает в тосте свой бокал с водой.
По всей комнате эхом разносятся «Ура!» и «Счастливого Дня благодарения».
И тут пара игроков встает. Сначала это просто Святоша и Ривз, за ними следуют Люсьен, Майлз и Тейт. А потом встают все, все девять хоккеистов, собравшихся здесь сегодня. И все они смотрят на Иден.
Я ожидал, что они набросятся на еду, едва Иден закончит тост, но вместо этого повисает тревожная пауза, и я не уверен, что происходит. Святоша проводит ладонью по затылку, глядя немного смущенно.
– Мы, э-э-э, мы с ребятами подумали, что хотим кое-что сказать.
Он кивает Ривзу. Ривз начинает с уверенной улыбки.
– За поддержку с первого дня.
– За решимость. Непревзойденную, – серьезно говорит Люсьен, многозначительно глядя на Иден.
Я нахожу под столом ее руку и сжимаю. Прекрасные глаза широко распахнуты, на губах застыла легкая улыбка, но в то же время она смотрит удивленно, как будто это последнее, чего она ожидала.
– За совершенство, во всем и всегда, – поет Тейт.
– И за то, что тебе не плевать, – говорит Майлз, вызвав несколько коротких смешков.
– Лучше нет никого, чтобы нас направлять, вашу мать, – заканчивает Святоша.
– Вашу мать? – спрашивает Уайлд.
– Я хотел рифму, – шепчет Святоша, чем вызывает новый смех.
– За Иден! – кричат все одновременно.
Я поднимаю свой бокал в тосте за нее, а затем наклоняюсь, чтобы украдкой поцеловать.
– Кажется, твоя хоккейная команда только что сочинила тебе поэму.
В глазах Иден блестят слезы, когда она смотрит на меня и кивает.
– Мне тоже так кажется.
Даже мама Иден выглядит ошеломленной их продуманным выступлением.
– Я всех вас люблю, но из-за вас, придурки, у меня тушь потекла, – смеется Иден, вытирая глаза салфеткой.
Парни посмеиваются, некоторые выкрикивают: «Мы тоже тебя любим!»
– А теперь принимаемся за еду, – приказывает она с еще одним нервным смешком.
Что они и делают. Все с удовольствием набрасываются на еду. Я едва успеваю разделывать индейку, а ветчина исчезает в мгновение ока. Эти ребята талантливы не только в игре в хоккей, но и что касается полного поглощения продуктов.
Камилла и Люсьен задают вопросы о некоторых незнакомых для них блюдах. Запеканка из батата с зефиром, кажется, их забавляет, хотя Люсьен накладывает себе вторую порцию, ухмыляясь, пока ест.
– Хорошо.
Пироги нарезаны, кофе подан, и все очень вкусно. Каким-то чудом у нас осталось много пирога. Когда я оглядываю комнату, вижу Иден в центре оживленного разговора о рейтингах и турнирных таблицах, и о том, какой пирог лучше – тыквенный или яблочный, не могу удержаться от улыбки.
Я рад за нее. Однажды, во время одного из тех пресловутых ночных разговоров после секса, – знаете, когда легко потерять бдительность, – она призналась, что у нее не так много друзей. Она открылась мне. Тихим голоском, будто раскрывала мрачную тайну.
И, возможно, так оно и было, ведь меня чертовски потрясли ее слова. Все, кто знают Иден, влюбляются в нее и, скорее всего, считают, что она слишком хороша для них. Я не мог понять, почему она с таким трудом заводит друзей, ведь она дружелюбная, открытая, яркая и красноречивая.
Но видя ее тут сейчас, в окружении шумной команды хоккеистов и сотрудников команды, я вижу, что она нашла свою семью. Эта команда сделает для нее что угодно.
Может быть, она просто ждала нужных людей, и теперь нашла их. Мы поддержим ее, несмотря ни на что, и в захватывающих победах, и в горьких поражениях. Мы разглядели ее сквозь призму обидчиков и критиков, и будем рядом с ней, чтобы отпраздновать хорошие времена. Как сейчас.
Как бы я ни жаловался сегодня, мне есть за что быть благодарным. Мать Иден вернулась в США на праздники, что, я думаю, втайне обрадовало Иден. И каким-то чудом ее мама и моя действительно поладили.
Иден смеется над словами Святоши, а затем смотрит на меня, одаривая самой ослепительной улыбкой, от которой у меня в груди все сжимается. Именно в этот момент я понимаю, что мне чертовски повезло быть тем парнем, который оказался рядом с ней. Я с радостью останусь здесь навечно, позволив ей быть в центре внимания и сиять, словно звезда, как и пристало такой девушке, как она.
