— Нет, мне не хочется, — отвечаю я и иду к выходу. Лера пожала плечами и дальше принялась уплетать бутерброды. Лера просто чудесная подруга и сожительница. Она не лезет с расспросами, пока я не подойду к ней сама. Иногда, конечно, ее женское любопытство побеждает, и она все-таки одолевает меня, но это на мое счастье случается крайне редко.
В универ я пришла, чуть ли не самая первая. Шла по полупустым коридорам, оглядывая закрытые двери аудиторий. Наша оказалось открытой. Я зашла, приземлившись за свою парту. Одногруппники потихоньку начинали прибывать, занимая свободные места. Но Тимура не было. Прозвенел звонок. Его парта пустовала. Отсутствовал и его сосед. Черт, это не может быть совпадением! Ну, может она задерживаются и скоро появятся?
Но они не пришли ни на первую, ни на вторую, и даже ни на третью пару. После последней пары, я подошла к старосте.
— Кать… У тебя же должны быть адреса всех студентов, да? — неуверенно спрашиваю я.
— Да, они записаны в журнале. — отвечает она и вопросительно выгибает брови, — а что?
— Да… Представляешь, этот урод, — я киваю головой на пустующую парту Дэнкеля, — динамит нас со старухой. Хочу за руку его оттянуть на место нашей службы.
— Ааа..- протянула она. — Ну записывай.
Я переписала адрес. Это было совсем недалеко. Но если я сейчас пойду к нему, то не успею к Степаниде. Сегодня придется выкручиваться без Мистера Обаяшки.
Степанида Васильевна была очень огорчена, узнав, что Тимур заболел и не сможет прийти. А как я-то была огорчена. Я уже привыкла к нашему совместному труду, и как он меня раздражает. Или не раздражает…
Все два часа Степанида Васильевна рассказывала мне какие-то истории, я любезно кивала и просто тонула в своих мыслях. Сегодня мы пересаживали все цветы в ее доме в новые горшки. Эти два часа казались мне мучительно долгими и тяжелыми. Все-таки ощущение отдыха создавал тут Тимур. Я кое-как дождалась истечение последних пяти минут, затем быстро попрощалась со Степанидой и выскочила на улицу. И дальше весь мир, кажется, был против того, чтоб я шла к нему. Нужный автобус никак не ехал. Я потеряла листок с адресом. И лишь примерно помнила его. У меня порвался сланец. Но нет! Я дойду до него! Я сняла сланцы, взяла их в руки и пошла босиком. Сентябрьское солнце нагрело асфальт, и идти было очень даже уютно. Не считая того, что острые камни, осколки искололи мне ногу.
Наконец-то я дошла до дома, адрес которого, я запомнила. Вроде. Это двадцати пяти этажная новостройка. Наверно, не ошиблась. Я оглядела парковку, на ней стоит много крутых тачек. Точно не ошиблась. Я заскакиваю в подъезд, и на моем пути встает консьержка. Думай, Маша.
— Здравствуйте, вы к кому? — грозно спрашивает она, оглядывая меня с ног до головы. Выдрессированная тетя.
— Здравствуйте, я одногруппница Тимура Дэнкеля, он вроде живет тут. Он позвонил, сказал занести ему конспекты. — сочиняю я на ходу. Она внимательно смотрит, и я не понимаю, верит она или нет.
— Хорошо, — выдавливает она. — проходите.
— А не напомните квартиру? А то из головы выскочило. — виновато произношу я.
— Пятьдесят седьмая. Это двадцатый этаж. — Я киваю и проскакиваю к лифту. Его долго ждать не приходится. Он распахивает свои двери, и я ахаю. Господи, да у меня комната меньше, чем этот лифт. Я захожу в него, и нажимаю двадцатый этаж. Лифт едет бесшумно, будто и вовсе стоит. Со всех сторон он облеплен зеркалами. Я осматриваю свой пучок на голове, поправляю выбившуюся прядь, одергиваю футболку. Двери открываются. Я делаю вдох и выхожу. Пятьдесят пять, пятьдесят шесть… Мой взгляд скользит по дверям. Вот, пятьдесят семь.
Я подхожу к двери. Она металлическая, черного цвета. Я неуверенно нажимаю на звонок, и мое сердце просто разрывается в груди. Черт, надо бежать! Я слышу, как начинает щелкать замок. Поздно.
— Ну наконец-то, где тебя носит? — открывая дверь, говорит Тим. Затем поднимает голову и его глаза чуть ли не выкатились за порог. Как и мои.
У Тима был сильно разбит нос, отеки пошли под глаза. Был наклеен пластырь, но он не скрывал жуть эту. Сам он стоял, оперившись на дверной косяк, и держался за живот. Я даже забыла про придуманные причины, ради которых я могла прийти сюда. Я просто была шокирована.
— Что с тобой? — выдавливаю я наконец-то из себя, не отводя от него глаз.
— Мы с Кириллом попали в аварию, — говорит он, слегка улыбнувшись. И приглашает пройти внутрь.
Тимур
Понятно, что ни в какую аварию мы не попадали, но я настолько ахерел, увидев на пороге Машу, что просто не смог ничего придумать лучше. Надо написать смс Кириллу, чтоб погулял часок, а то он должен скоро вернуться из аптеки.
Интересно, зачем она пришла? И где взяла адрес? Бля, эта девочка не перестает меня удивлять.
— Проходи на кухню, а я сейчас телефон возьму и приду. — говорю я иду по стеночке в комнату. Каждый шаг дается мне огромной болью.
— Ты был у врача? — говорит она, остановившись в проходе.
— Да.
— И что он сказал? — скептически выгибает брови.
— Не дождешься, — говорю я, — жить буду.
Она раздражительно закатывает глаза и скрывается на кухне.
