— Дай телефон, а то мой сел. — он протягивает руку. Я кладу телефон и закатываю глаза. Под тихое бубнение Тима с кухни я стягиваю с себя блузку затем снимаю юбку. Расстегиваю бюстгальтер и только замечаю, что в доме стало тихо. Оборачиваюсь, Тим стоит у двери.
— Я скоро привыкну раздеваться при людях и сменю род деятельности. — говорю ему и натягиваю свои розовые пижамные штаники в горошек.
— Привыкай раздеваться при мне, — улыбается и выходит из комнаты. Чертов самовлюбленный индюк. Снимаю лифчик, натягиваю свой топ и иду в комнату к Лере. Тим разлегся на диване, задрав ноги на спинку. Я стукаю его по ногам, и он садится прямо.
— Что будем смотреть? — спрашиваю я.
— Ну, учитывая, что цифрового тв у вас нет, то мы будем смотреть то, что идет по телеку, — он пожимает плечами и начинает щелкать каналы. — Как насчет «Великий Гетсби»? — поворачивается ко мне.
— Я не против, — сажусь поудобнее. Этот фильм я люблю. Один из немногих, которых удалось мне посмотреть.
Через минут пятнадцать в дверь позвонили. Тим пошел открывать и вернулся с двумя коробками пиццы. Мы принялись уплетать один кусочек за другим. В меня влезло всего два с половиной, а Тим съел уже третий и все еще оставался голодным. Завтра нужно будет приготовить поесть, а то от Леры все равно не дождешься.
Я облокотилась на спинку дивана и продолжила смотреть. Тим поедает еще пару кусков и устраивается рядом. Мы молча смотрим фильм. Только вот я сегодня устала и чувствую, как начинают тяжелеть мои веки. Вечеринка у Гетсби. Все танцуют. Я слышу музыку, но уже не вижу. Затем и вовсе погружаюсь в сон.
Я просыпаюсь через некоторое время, от ощущения, будто меня связали. Пытаюсь встать, но не могу. Тимур лежит рядом, вжав меня в стенку, закинув на меня и руку и ногу. Я не могу даже пошевелиться. Черт, сколько времени? За коном еще темно, телевизор мелькает, но я не могу даже разобраться, что там идет. Все попытки выпутаться из лап Тимура — тщетны. Придется будить. Или просто расслабиться и попытаться уснуть в объятиях мужчины, который мне нравится?
Мария
— Тиму-у-у-ур, — легонько тормошу его за плечо. Он не реагирует. — Тиму-у-у-у-у-ур..
— Да что ты тут мурчишь? — говорит, не открывая глаза.
— Просыпайся.
— Думаешь реально спать, когда тебя дергают и еще бубнят? — он приоткрыл глаза.
— Мы уснули, — я убираю его руку с себя и сажусь.
— Ты говоришь очевидные вещи. Может, ты покажешь свое умение анализировать завтра? — он поудобнее устраивается на своей руке и закрывает глаза.
— Вставай, говорю! — я сильно толкаю его в плечо, и он с грохотом валится с дивана. Упс. Тимур молчит и не шевелится. Я выглядываю с дивана, он тут же хватает меня за шею, и тянет на себя. Я падаю прям на него, и слышу его глухой стон.
— Я думал ты будешь полегче — хрипло говорит он. Нет, ну разве это нормальный человек? Сам стянул меня с дивана и жалуется.
— Я думала, ты будешь умнее и не станешь ронять девушку, если у тебя есть проблемы с физическим здоровьем. — я встаю и сажусь на диван. Тимур тоже встает и присаживается рядом.
— Может, мы ляжем спать? Тебе ведь завтра на учебу! — он снова пытается прилечь. Я щипаю его за ногу и Тимур тут же подскакивает. — Да чего же ты хочешь, капризная девчонка?
Я показываю пальцем на пол и, гордо устремив свой нос чуть ли не в потолок.
— Ты серьезно? — его брови подскакивают вверх. Я киваю. — ты безжалостная.
— Лера приходила? — совсем забыла про подругу и что мы в ее комнате.
— Да, она легла у тебя.
Встаю и подхожу к шкафу Леркиному. Где-то тут были подушки…А вот! Я беру одеяло и две подушку. Кидаю одеяло на пол, а подушкой прямо в Тимура, потому что тот уже лежал на диване с закрытыми глазами.
— Жестокая женщина, — бубнит он и переползает на пол. Я ложусь на диван и чувствую, как рука пробирается мне под одеяло. Я поднимаюсь на локти и вопросительно смотрю на него. — Что? Вообще-то мне тут страшно.
Я громко фыркаю и снова ложусь. Сон уже почти окутал мое сознание, как я вновь ощутила поглаживание в районе своего десятого ребра. Пижамный топ чуть задрался и поэтому Тимур гладил мою оголенную часть тела. Почему-то от его прикосновения мне стало жарко. И куда-то вдруг делся весь мой воздух. Черт, так же нельзя!
— Тимур, сейчас пойдешь спать на кухню.
— Очень жестокая… — бубнит он и переворачивается на другой бок. Я поправляю свой топ, ощущая еще его нежные прикосновения на моей талии. Потом выдыхаю и тоже отворачиваюсь к стенке. Вот только сон уже отошел на второй план, сейчас мне нужно как-то угомонить бушующих внутри бабочек. Я полчаса пролежала, смотря в спинку дивана и выгоняя мысли из головы. Потом, видимо, мой разум устал и сдался сну.
